2075 год. Когда красота стала преступлением: читать начало книги онлайн

– Это фильм о связи между привилегиями и внешностью и о том, какое влияние это оказывает на общество, – стала оживленно объяснять Зорайя. – Варек считает, что мы не должны ограничиваться исследованием этой проблемы на абстрактно-теоретическом уровне, он думает, что с помощью этого фильма можно попробовать донести суть проблемы до людей, которые реагируют на эмоциональном уровне. Он говорит, что, если бы ты тоже посмотрела этот фильм, он мог бы получить ценные сведения о том, как воспринимается эта проблема отдельным человеком.

– Перспектива познакомиться с амбициозным политиком, несомненно, захватывает, – сказала Алекса после минутного раздумья. – И еще интересно, покажется ли мне этот фильм более убедительным, чем лекция в Нью-Йорке. И по правде говоря, мне лестно, что он ценит мое мнение.

– Я так и подумала, – улыбнулась Зорайя. – Скажу ему, что ты согласна.

Наступил день, когда они встретились – Алекса, Варек и Зорайя, пригласившая их к себе домой. Алекса, вопреки своему обыкновению, пришла вовремя, надеясь побеседовать с Зорайей наедине. Что именно Варек ожидал от нее услышать? Но не успела Зорайя вручить ей стакан апельсинового сока, как дверь открылась и вошел Варек. Алекса сразу ощутила его присутствие, еще до первых произнесенных им слов. Он был высоким и худым, с угловатым лицом, обрамленным трехдневной щетиной, и с темными, тщательно зачесанными назад волосами. В простой кожаной куртке поверх рубашки. Светлые проницательные глаза разглядывали Алексу с оценивающим любопытством.

– Здравствуйте, Алекса, я очень много слышал о вас, – вежливо поприветствовал он ее.

– Я могу сказать о вас то же самое, – ответила она, переглянувшись с Зорайей. – Здорово, что вы так вовлечены в политику. Вероятно, вскоре окажетесь в парламенте или даже в правительстве.

Варек улыбнулся.

– Это решать избирателям. Но да, партия выдвинула меня кандидатом на предстоящих выборах. Вероятно, у Элары Восс есть свои сильные качества, но она уже слишком стара для активной политики. Ее партия «Верховенство закона» заслужила передышку, и правительство хотим сформировать мы. Если я пройду в парламент, то именно его комитеты будут решать, кто какой пост займет. И я, как я всегда говорю, готов взять на себя ответственность.

– Вот это да! Но если честно, я чувствую себя немного виноватой. Политика никогда не была моей страстью. Ну, то есть я, конечно, слежу за новостями. Мне интересно, что будет дальше. Но не могу представить себе, что вовлечена в партийную деятельность. Я восхищаюсь вашим стремлением изменить мир к лучшему.

– Кто-то же должен это делать, – с усмешкой заметил Варек. – Знаете, я понимаю всех тех, кто занят своими делами, образованием, карьерой. Просто мне кажется, что общество очень много нам дало, вот я и хочу как-то отплатить за это. Я получил выгоды, а теперь хочу внести свою лепту, послужив общему благу. Надеюсь, это звучит не слишком наивно?

– Вовсе нет, – запротестовала Алекса. – Это звучит… идеалистически. Я думаю, это хорошо.

Она подумала о Даксоне и о себе. Неужели они не способны проявить идеализм? Неужели их жизнь слишком эгоцентрична? Слишком материалистична? Слишком… эгоистична?

Но не успела она погрузиться в самокритику, как Варек прервал ее размышления.

– Может, сейчас посмотрим фильм? Мы собираемся использовать его, чтобы донести до избирателей то, за что мы выступаем.

Зорайя и Варек удобно устроились на диване, он обнял ее за плечи. Алекса расположилась в кресле. Шторы были задернуты. Начался трехмерный фильм, который проецировался на середину гостиной.

Это было документальное повествование о повседневной роскошной жизни красивых женщин, которые не сделали ничего, что давало бы им возможность вести такой образ жизни. В центре внимания была Анастасия, победительница конкурса красоты, вышедшая замуж за невероятно богатого предпринимателя, на пятьдесят лет старше ее. Она жила на потрясающей вилле, а в ее конюшне содержалось более тридцати лошадей, у нее была целая коллекция восхитительных драгоценностей. Там была сцена, когда лицо Анастасии помрачнело – горничная недостаточно быстро принесла заказанный ею напиток. Тогда хозяйка раздраженно заметила: «Не знаю, существуют ли соревнования среди медлительных людей. Но если такие соревнования существуют, то вам, Мэри, стоит принять в них участие. У вас будут все шансы на победу». С губ Анастасии сорвался резкий, безжалостный, издевательский смех. Ее рот искривился, а ноздри задрожали – она с трудом скрывала свой гнев. И похоже, совершенно не замечала работающей камеры.

Потом ее снимали, когда она «безумствовала с кредитной картой мужа», как она сама это называла, совершая покупки, на которые тратила целое состояние. Иногда в виртуальных магазинах – не покидая гостиной, иногда в старомодных интернет-магазинах, а иногда и в офлайновых, куда отправлялись люди, жаждавшие более осязаемых ощущений, чем те, что можно получить от дополненной реальности, – например, чтобы потрогать мех дорогой шубы, хорошенько рассмотреть марсианские бриллианты, попробовать последние новинки высокой кухни, скажем выращенную на Луне спаржу. Анастасия не жалела денег на своих любимых собак, покупая им ошейники и свитера, украшенные золотыми блестками. Себе она купила самый быстрый из существующих самолет вертикального взлета – разумеется, с автопилотом под управлением искусственного интеллекта, хотя летала она всегда очень медленно, так как от высокой скорости у нее кружилась голова. «Но одна из моих подруг заказала такой же, и он выглядит просто великолепно, не правда ли?»

Анастасия была убеждена, что ее богатый муж – полный идиот. Этого мнения она придерживалась с таким упорством, что даже ее друзья бывали недовольны ею. Однако муж Анастасии был не только хорошо образованным человеком, но и страстным книгочеем, с энтузиазмом поглощавшим все подряд – от древних манускриптов до современного научпопа. Но для Анастасии это была просто галиматья. Что толку от его образования, если он не может понять даже самых простых вещей – например, почему ее последняя сумочка представляет собой выдающееся произведение современного дизайнерского искусства.

Анастасия регулярно изменяла мужу со своим тренером по теннису. Голос режиссера за кадром: «Когда мы спросили Анастасию о слухах на этот счет, она не стала подтверждать их, но не приложила ни малейших усилий к тому, чтобы их опровергнуть. “Вряд ли я виновата в том, что мужчина, который старше меня почти на полвека, уже не может выполнять все свои обязанности мужа” – это единственное, что она сказала в свое оправдание».

Алекса заметила, что испытывает настоящий гнев по отношению к этой высокомерной женщине. Но в фильме была показана не только надменная красота Анастасии, но и то, как живут другие женщины, значительно менее привлекательные и лишенные шансов вести такую жизнь, как у Анастасии. Этих женщин, несмотря на доброту и хорошее образование, в детстве дразнили из-за их внешности, а когда они повзрослели, мужчины не обращали на них внимания. Несмотря на годы, посвященные работе, их карьерный рост часто застопоривался.

Обычному зрителю было легко сформировать свое отношение к женщинам, которые в фильме изображались по одному и тому же шаблону: красивые всегда были поверхностными, ленивыми и злобными, а менее привлекательные – умными, морально безупречными и социально активными, как будто они посещали какие-то секретные тренинги по подготовке святых. Создавалось впечатление, что добродетели и пороки человечества поделены между двумя командами и что красивые женщины явно вытянули счастливый билет.

Фильм закончился. Варек повернулся к Алексе и, к ее удивлению, не спросил, что она думает об увиденном, а задал вместо этого вопрос, которого она не ожидала:

– Вы летали на Luna-1 с вашим бойфрендом, а через несколько дней после этого были на мероприятии Движения в Нью-Йорке, верно? Довольно сильный контраст, нет?

– Можно и так сказать, – кивнула Алекса и тут же задала свой вопрос: – А вы что о них думаете? Я имею в виду Движение.

Варек провел правой рукой по волосам, прежде чем ответить.

– С этими новыми движениями всегда нужно соблюдать осторожность. Трудности роста возникнут обязательно. Некоторые их взгляды могут быть инфантильными, некоторые – чересчур радикальными. Однако я считаю, что идеи, выдвинутые Движением за визуальную справедливость, или просто Движением, как они себя сейчас называют, могут многое дать партии «Справедливость». Я считаю, что они делают упор на чрезвычайно важном моменте, потому что, помимо этнического неравенства, гендерного неравенства и, конечно же, социального неравенства, огромную роль играет и визуальное неравенство.

– А вы сами тоже так считаете? – спросила Алекса.

Варек уверенно кивнул.

– Да, естественно. Ваш жизненный опыт, Алекса, радикально отличается от того, как живут женщины, чья внешность не соответствует господствующим в обществе узким стандартам красоты. Подумайте о том, что вы увидели в фильме, подумайте об Анастасии!

При упоминании Анастасии Алекса почувствовала настоятельную потребность дать отпор. После опыта, полученного в Нью-Йорке, она пообещала себе всегда переходить в контратаку.