— Дело не в этом, — качнул головой Багси. — Он говорил без уважения. Ему было сказано — карточный долг свят, рассчитываться нужно сразу. А он говорит, что он — капо, и мы должны уважать его положение.
Я затянулся, выдохнул дым, медленно. Ситуацию надо было обдумать.
Карточный долг в кругах мафии — святое. Если проиграл, то должен заплатить, немедленно. И долги такие выбиваются быстро и жестоко, потому что это вопрос чести, репутации. Если один не платит, то завтра другие тоже начнут тянуть резину.
Но Дженовезе, как говорится у нас в России — не хрен с горы. Он действительно без пяти минут капо, его скоро повысят. Влиятельный человек с людьми, связями, оружием.
И он действительно может наплевать на Лански, и ничего не платить. Все потому что Мей — не итальянец, он не член организации. И Массерия только руками разведет, если к нему пойдут, мол, решай сам.
— Он знает, что эта игра подо мной? — спросил я.
— Знает, — кивнул Багси. — Я ему сказал, что часть долга уйдет Чарли, а ему нужны деньги. Он… Чарли, этот ублюдок сказал, что тебе сейчас не до долгов. — Багси внезапно разозлился, последние слова он буквально выплюнул. — У него, говорит, свои проблемы.
Я почувствовал, как внутри меня поднимается злость. Вот он уже показывается свое нутро. Дженовезе считает, что после покушений я ослаб, что можно не платить. Может быть…
Может быть, он уже метит на мое место. Ведь если Маранцано меня уберет, то он станет старшим.
Я затянулся еще раз, выпустил дым из носа.
— Что ж, он ошибается, — пробормотал я. — Когда ты с ним говорил?
— Вчера вечером заехал к нему домой, — ответил Багси. — Он встретил меня у двери, даже не пригласил внутрь. Сказал, чтобы я не беспокоил его по пустякам.
— По пустякам, — я затянулся сигаретой в последний раз и затушил ее в пепельнице. Усмехнулся. — Чего ж он не отдаст эти двадцать пять тысяч, если это для него пустяк?
— Не знаю, — Багси пожал плечами. — Чарли, если тебе сейчас не до того, мы можем отложить до лучших времен. Я ведь правильно понимаю, ты решишь проблему с Маранцано, а потом.
Звякнул колокольчик, вошли еще двое — пожилой мужчина и молодой совсем мальчишка. Пришли постричься. Ладно, надо заканчивать разговор, чтобы остальные не подслушивали.
А что если Дженовезе решил проверить меня? Смотрит, насколько я слаб после покушений, насколько далеко он может зайти. Хочет оттереть меня подальше от бизнеса?
Если отступлю — он может и дальше вести себя так, и не только он. Другие тоже заметят.
Но и давить слишком сильно нельзя — начнется конфликт. А мне сейчас нужен мир, хотя бы до зимы, чтобы разобраться с делами на бирже и со всем остальным.
Значит, нужно соблюдать баланс. Показать силу, но не начинать войну.
— Я сам с ним поговорю, — решил я.
— Ты? — Багси удивился. — Чарли, ты меня знаешь, я парень резкий. Но тебя вчера чуть в ресторане не расстреляли. Я уже читал в газетах, вот тут вот на третьей странице написано. И они даже нескольких гражданских ранили.
— И что мне теперь, поджать хвост и терпеть? — я усмехнулся. — Я сам с ним поговорю. А какие варианты еще есть? Если ты придешь с парнями — он решит, что это наезд, и решать все равно придется мне. Если приду я — это будет просто разговор между друзьями.
— Знаешь, как Лански говорит? — спросил он. — С такими друзьями и врагов не надо.
— Это уж точно, — сказал я. — Вызову его на мужской разговор.
— Может, ты и прав, — проговорил он. — Когда пойдешь?
— Сегодня вечером, заеду к нему домой. Вызову на мужской разговор.
— Тебе охрана нужна, — сказал Багси. — Может быть, с моими пойдешь?
— Возьму Сэла, — решил я. — И… Позвони Лански, пусть пришлет ко мне парня, который охранял меня в больнице. Винни, хороший парень. Надежный.
— Да, неплохой, — согласился Сигел.
— Да и не будет он меня убивать прямо у себя дома, — я усмехнулся. — Это вызовет слишком много вопросов. Просто думает, что можно не платить, а я объясню ему, что ошибается.