– Сам не могу поверить, что в это ввязался, – пробормотал он.
Папа подошел поближе, помог ему разобраться с пряжками.
– Должен признать, я разделяю твои чувства.
– Но я на каяке впервые. А вы нет.
Папа положил ладонь Мейсону на плечо, слегка встряхнул.
– Рискнем. Вместе. Идет?
Мейсон шумно выдохнул.
– А если я упаду в воду?
– Промокнешь, – улыбнулся папа. – А потом тебя вынесет на поверхность. Затем эта штука и нужна. – Он потянул за край своего жилета.
– Угу. Ладно, – пробурчал Мейсон.
Хани разделила нас на тройки.
– Это называется «система взаимовыручки», – объяснила она. – На случай, если кому-то понадобится помощь.
В ее группе оказались Мейсон и Лоуви. В моей – папа и Пожарник Рэнд.
Хани показала нам основные движения веслом, дала Мейсону возможность их испробовать на суше и только потом пустила его на воду. Он, со своими широкими плечами, греб на удивление легко. Мне кажется, он сам удивился, насколько это просто.
– Ну, готово! – объявила Хани. – Пошли на воду!
– У тебя все получится, – обнадежила Мейсона Лоуви.
Я поднял два больших пальца.
Пожарник Рэнд с папой негромко переговаривались – составляли план прогулки; я же надел жилет и подтянул свой каяк к кромке воды.
– Это как с ездой на велосипеде, – услышал я слова Рэнда. – Сядешь в каяк – и тело само все вспомнит.
– Мышечная память, – подтвердил папа.
Пожарник Рэнд широко улыбнулся и крепко хлопнул папу по плечу.
– Готов?
Папа отрывисто кивнул. Пожарник Рэнд подтянул его каяк к спуску, рядом с моим. Я затаил дыхание. Все глаза устремились на папу. Я бросил взгляд на Хани. Ее губы шевелились в молитве.
Каяк очень неустойчив в момент посадки. Рэнд стоял рядом с другом, удерживая каяк на месте, пока папа медленно опускался на свое место. Он плотно сдвинул брови, и я видел, что он заранее планирует каждое свое движение. Выбора у него не было. Я и так видел, как он планирует каждое движение в повседневной жизни. Чтобы не упасть. День за днем – отвечая на звонок у двери, отправляясь в туалет, за стаканом воды, садясь в каяк. Все это требовало огромных усилий. И мужества. Наверное, если у тебя нет ноги, тебе особенно страшно свалиться в воду. И я никогда не гордился своим папой так сильно, как в этот момент.
Сев на место, папа подтянулся на мускулистых руках, чтобы устроиться поудобнее. А потом – к моему изумлению – передал протез Пожарнику Рэнду. Раньше он никогда не делал этого на людях.
И посмотрел на меня.
– Избавляемся от пустышки, сын.
Я показал ему два больших пальца.
Пожарник Рэнд стоял у кромки воды, готовый помочь, если что-то случится. Мы видели, как папа распределяет свой вес. Потом он медленно оттолкнулся веслом от суши. Несколько легких гребков – он проверял, как продвигается вперед. Попробовал табанить. Разворачиваться.
Все получилось, и мы завопили от радости.