Папины брови сошлись к переносице. Мама называла это «он мысль думает».
– Джейк, не забывай, что это было несколько десятков лет назад! Я понятия не имею, где это дерево.
Открылась входная дверь, вошла, шаркая, Хани, сбросила в корзину облепленные песком сандалии. На ней была форма Черепашьего патруля острова Дьюис. Живчик бросился ей навстречу.
– Мы гнездо нашли! – возвестила Хани. Лицо у нее раскраснелось от жары и подъема по лестнице, но она так и сияла.
Я улыбнулся от уха до уха.
– Доброе утро, Хани.
– Если вы не все время потратите на поиски сокровищ, можете помочь нам проверять гнезда, – предложила Хани.
Я засунул остатки печенья в рот.
– Конечно. Обязательно.
Хани пошла на кухню, налила себе стакан воды. Осушила его, вернулась к столу.
– И чем вы тут занимаетесь?
– Да так, ничем, – ответил папа без выражения.
А я одновременно с ним выпалил:
– Пытаемся выяснить, где была древесная крепость!
Хани явно заметила разницу в тоне наших голосов. Она посмотрела на нас по очереди, взгляд сделался озабоченным.
– Ты еще не оделся, Эрик?
– А куда спешить? – ответил папа. – Мне все равно идти некуда.
Я увидел, как полыхнули бабушкины глаза, но она перевела дыхание и сказала:
– Мне кажется, твой сын знает, куда он хотел бы сходить вместе с тобой.
Папа повернулся, выглянул в окно.
– Я помню эту историю с древесной крепостью, – бодрым голосом продолжила Хани. – Вы с Рэндом от зари до зари торчали в лесу и строили эту штуковину.
Я посмотрел на папу, но он ничего не ответил. Взял кружку, отхлебнул кофе.
Хани вернулась на кухню, достала еще одну кружку из шкафа. Налила себе горячего кофе и снова заговорила бодрым голосом:
– Только вы наотрез отказались мне показать, где эта ваша крепость. Если бы не ваша скрытность, я бы наверняка вспомнила, где растет это дерево. – Она усмехнулась, размешала сахар и молоко, отхлебнула, а потом добавила: – Может, конечно, мои старые мозги мне изменяют, но вы, кажется, записали ее местонахождение в каком-то тайном послании. Чтобы никто эту крепость не нашел. Какой-то там шифр, да?
– Мам, да ты-то откуда знаешь? – Папа поднял глаза, на лице появилась невеселая улыбка. – Сдается мне, кое-кто читал мои записи.
– Я никому ничего не разболтала! – И Хани накрыла рот ладонью.
Я облегченно вздохнул – напряжение спало, папа опять улыбался.
– Пап, а ты хоть примерно помнишь, где росло это дерево?
– Прости, сын. В молодости кажется, ты такого никогда не забудешь. И вот поди ж ты.
– Аминь, – добавила Хани.