— Нам предстоит нырять, — объявил я и начал снимать с себя верхнюю одежду, постепенно оставаясь в одних простых холщовых штанах.
Они всё ещё смотрели на меня с недоверием, но, увидев, как Вул’дан, не колеблясь, сбросил с плеч свою тяжёлую мантию, поняли, что я не шучу. Ева и Лирель скрылись в чаще леса, чтобы переодеться, и вскоре вернулись… Боги, что вы со мной делаете. На них не было купальников — лишь нечто, напоминающее изящное нижнее бельё. У эльфийки оно было явно дорогим, с тончайшими кружевами и серебряными нитями, подчёркивающими её утончённую фигуру. Но Ева… Ева была воплощением земной, могучей красоты, её формы дышали силой и жизнью. Так, стоп, эти мысли — прочь! Срочно нужно подумать о чём-то отвратительном, о склизких улитках, о гнилых кореньях… Нет, лучше просто бежать в воду!
Я забросил вещи в сумку и зашёл в озеро по пояс, под раскатистый, дикий смех орка. Его, конечно, кроме орчих ничто не волнует, а мы, люди, — странные существа. Нам все нравится. Чёрт возьми, да что же это такое!
В этот момент ко мне спикировал Аэридан, мой пернатый фамильяр, не встретивший на пути никаких преград. Он доставил специальные артефакты, созданные Санчесом, — амулеты, позволявшие дышать под водой и выдерживать давление глубины. Там вообще много чего было, но сейчас не время и не место. Меня другое волновало. Если там будет опять тот неизвестный язык, мне придётся как-то возвращаться. Потому как никто, кроме гоблина, его не знает. Если понадобится бессмертный, то тут нужен будет Бренор. Да что же это такое. Вот почему сразу не взял всю команду? С ними бы было куда легче. Ладно, что сделано, то сделано.
А ещё мне стало любопытно: как он пролетел сюда? Ведь в лавку к Барту и Марте он проникнуть не смог, а здесь пролетел через весь лес, даже не вспотев. Похоже, старики изначально заложили в защиту своей лавки обереги против божественных фамильяров… Но откуда им известны такие сложные заклятья — вот это настоящая загадка.
Меня также посетила мысль, что я, возможно, слишком легкомысленно отнёсся к этому очередному опасному предприятию. Однако внутреннее чутьё, тот самый тихий голос интуиции, настойчиво твердило: всё идёт так, как должно. А кто я такой, чтобы спорить с собственной душой? Так что, видимо, всё происходит правильно, и иного пути просто не было.
Когда все вошли в прохладную воду, я раздал им кулоны — изящные амулеты из морского перламутра с выгравированными рунами.
— Вдохните в них немного магии, как только окажетесь под водой, — пояснил я, пока они надевали их на шею. — Они позволят вам дышать некоторое время. Держитесь рядом и не отставайте.
Таких кулонов у меня было восемь. Санчес, видимо, сделал их с запасом. Не только искусный мастер он и красавчик, что тут ещё скажешь.
Прежде чем нырнуть, я активировал свой любимый светящийся шар-проводник. Без него в подводной мгле было бы невыносимо темно. Во сне всё казалось иным, более ясным. Реальность была другой.
Будет досадно, если я ошибся с местом… Но не будем думать о плохом.
Самым забавным зрелищем был, пожалуй, мой крылатый спутник, устроившийся у меня на плече и укрепившийся там с помощью магии. У него тоже был свой миниатюрный аналог артефакта, создававший вокруг его головы прозрачный пузырь, наполненный воздухом.
Мы по дну озера рыскали бы, наверное, до скончания веков, если бы не Ева со своей магией света. Она осветила пространство вокруг нас на добрых двести метров, выхватывая из темноты причудливые скальные образования и песчаные гряды. Даже с таким мощным источником света нам потребовался почти час, чтобы отыскать нужное место.
Отмечу также: никакой живности здесь не было. Я подсознательно опасался встречи с русалками или иными морскими тварями, но здесь царила мёртвая, безмолвная пустота.
До входа в пещеру мы добрались без происшествий и вошли внутрь, точнее, заплыли. С этим, к счастью, проблем не возникло — всё было точь-в-точь как в том вещем сне. Почти. И вот это почти чуть не стоило жизни Лирель. Стоило нам оказаться в проходе, как тут же некое создание, помесь краба с птицей, спикировало с потолка и попыталось пробить клювом ей голову, а когда ему это не удалось, он постарался клешнями пробить грудь. Благо на ней был защитный артефакт, а подоспевший орк сбил тварь, что была размерами с собаку, секирой, а после сломал ей ногой хребет.
— Простите, друзья, но в моём сне этих тварей здесь не было, — произнёс я, ошеломлённо разглядывая странное существо, всё ещё дёргающееся в воде.
— Странно уже одно то, что это место вообще существует, — усмехнулся Вул’дан, поднимая тварь за мощную клешню и поднося к светящемуся шару. — Если бы ещё и монстры совпали — я бы точно решил, что ты пророк, а не маг.
Мы все столпились вокруг орка, уставившись на странное создание, напоминающее не то краба, не то птицу, с хитиновым панцирем и несколькими парами лишних конечностей. Хотя почему лишних? В природе вообще ничего не бывает лишнего.
— И он что, тут один висел? — задала совершенно резонный вопрос Ева, и наши взоры дружно устремились вверх.
Свод пещеры, который мы приняли за обычный камень, оказался живым. Нас сверху оценивали как минимум семь пар холодных, блестящих глаз, принадлежащих таким же гибридам краба и птицы.
Я среагировал быстрее всех. Едва первая тварь сорвалась в атаку, я выбросил вперёд руку, и пространство перед нами вспыхнуло ослепительной паутиной молний, сложившейся в сферический барьер. Искры змеились по его поверхности, с треском отбрасывая удары клешней.
— Во-первых, я уже не адепт, а мастер, — спокойно пояснил я ошарашенным товарищам, — а во-вторых… впрочем это неважно.
Хотел похвастаться, что мой источник сейчас сравним с мощью как минимум трёх архимагов, но подумал и отказался от этой идеи. Вместо этого только пробурчал:
— Удержать это часок другой, — обвёл рукой барьер — для меня не проблема.
Барьер и вправду был впечатляющим — добрых три метра в диаметре, и он даже не дрогнул под яростными ударами обрушившейся на нас стаи. Это было вам не детское заклинание, а мощнейшая защита, на поддержание которой у обычного мага ушла бы уйма сил. Но они поразились не этому, а моей контролю, что равен ста процентам. Поскольку мы стояли в воде, но ни одна молния не причиняла нам вреда. А вот тем тварям что падали в воду было худо, и вокруг нас сейчас плавало пять прожаренных тушек.
Вообще скрывать свою силу я более не намерен. Слишком многие уже в курсе, кто я. Да и скоро вся верхушка Керона будет знать, что в мир явился маг не двух, а трёх стихий. Но суть не в этом. Важно не дать им ни малейшего повода думать, что я жажду мирового господства.
— А ты разве не жаждешь? — на моём плече Аэридан склонил голову набок, его яркие глазки-бусинки смотрели на меня со смешливым любопытством.
— Нет.
— Точно? — ехидно переспросил он.