У входа замерли двое стражей — безмолвные и неподвижные, словно изваяния из слоновой кости. Более ни души. Ни суетливых чиновников, ни спешащих клерков, ни прочей свиты. Возникло ощущение, будто в городе объявили выходной и всех его обитателей вывезли… на природу. Парадокс, заставивший меня мысленно усмехнуться: живя в сердце леса, свалить на природу. М-да уж, сравнения у меня порой своеобразные.
— Пред вами чертоги его величества Элариэля Звёздного, — тихо, но внятно произнёс Кириан. — Владыка наш известен мудростью, что старше этих деревьев, и даром беседовать с душами природы. Будь с ним искренен, и он ответит тебе честью. Проявишь непочтительность — и твоя плоть навеки сольётся с корнями этого леса. Даже тот факт, что мы привели тебя сюда, не служит гарантией твоей неприкосновенности.
— Понято, — коротко откликнулся я, не в силах оторвать взгляд от величия вокруг.
— И ещё одно, — добавил Кириан, и в его голосе прозвучала лёгкая, почти извиняющаяся нотка. — Твоим спутникам путь отсюда заказан.
— Я понимаю.
Я обернулся к своим верным товарищам.
— Вул’дан, Ева, Лирель, подождите меня здесь, пожалуйста. Я скоро вернусь, и мы отправимся в одно весьма любопытное место. — Затем кивнул Исилме. — Будьте так добры, составьте им компанию.
— Несомненно, — легко согласилась она. — Пока вы будете вести беседу с Его Величеством, мы прогуляемся по открытым галереям дворца.
— Благодарю.
Переступив порог, мы разошлись: они — направо, мы же углубились в сердцевину гигантского дерева. Недолго блуждая по просторным, залитым мягким сиянием коридорам, чьи своды терялись в вышине, мы вышли к высоким дверям из отполированного белого дерева. Они бесшумно распахнулись при нашем приближении, словно ожидая нас.
Меня привели отнюдь не в пышный тронный зал, а в рабочую обитель короля. Я отдавал себе отчёт: аудиенция эта состоялась исключительно благодаря тому, чьё кольцо я принёс. Будь оно простого эльфа — никто бы и ухом не повёл. Хе-хе.
В помещении находились трое. Женщина, чьи глаза хранили бездну прожитых веков. Эльфы живут долго, но даже на их чертах время порой оставляет свой лёгкий след. По меркам моего мира я бы дал ей лет пятьдесят, не более. Она была прекрасна той строгой, вневременной красотой, что отдалённо напомнила мне актрису из древней ленты «Чужой». Позади неё, в тени, стоял высокий даже для своего народа мужчина с длинными волосами, убранными в тугой сложный узел. У его пояса вился изогнутый эльфийский клинок. Я узнал его — «Лунный шёпот». Читал о нём в библиотеке Торгуса. Как забавно: трава, что я использую для усиления вкуса яств, носит то же название. Эта мысль, вонзившаяся в сознание с свойственной ей некстати иронией, вызвала на моих губах непроизвольную улыбку. Мой же провожатый, напротив, напрягся. Конечно, я не стану объяснять никому причину своей усмешки. Пусть сами гадают.
Из-за стола, вырезанного из причудливо изогнутого светлого дерева, поднялся мужчина. Его облачением служила струящаяся мантия цвета ночного неба, ниспадавшая до самых пят и усыпанная тончайшей серебряной вышивкой, напоминающей узоры звёздных путей. Он приблизился ко мне с безмолвной грацией и протянул руку — утончённую, но с силой, ощутимой в каждом движении.
— Приветствую тебя. Я — Элариэль Звёздный, — произнёс он просто, без тени надменности или пафоса. Чем и подкупил меня.
— Привет, — ответил я, пожимая его руку. — Я — Кайлос Версноксиум.
От этих слов мой провожатый, Кириан, издал сдавленный звук, похожий на икоту. Все взгляды мгновенно устремились на него. Даже сквозь его бледную, словно выцветшую на солнце кожу было видно, как по щекам разливается густой румянец смущения.
— Это лорд Кэлебриан, прозванный «Ночным Взором», — начал представлять мне король находящихся эльфов в комнате. — Возглавляет мою службу безопасности. Таэрон был его правой рукой. А это — Сильвинара, наша провидица и хранительница древних знаний.
— И вам всем здрасте, — кивнул я им, сопровождая жест Легким взмахом руки.
Не будь в моем прошлом знакомства с королями гномов и не проводи я нескольк раз вечера в непринуждённой атмосфере моего ресторана с самим императором Каэлом, я бы, несомненно, трепетал подобно осиновому листу. К тому же от этой троицы исходила такая мощная аура, что буквально перехватывало дыхание. Мощные товарищи, ничего не скажешь. Каждый из них, как минимум, архимаг. Хотя сам король вроде как Архимагистр, если я не ошибаюсь, и он давно перешагнул даже эти границы. Тот же Шаркус, на мой взгляд, не достиг подобных вершин. А вот Элидия и Каэл — да, они определенно могли бы составить ему конкуренцию в силе.
— Благодарю, что уделили мне время в столь сжатые сроки, — начал я, собравшись с мыслями. — И приношу извинения за задержку с визитом. Если позволите, я начну свой рассказ немедля. И начну его с народа лаодитов.
О-о-о, вы бы видели их лица! Добродушная отстранённость мгновенно исчезла, сменившись выражением, словно они откусили по дольке незрелого лимона. Их перекосило так явно, без тени смущения или попытки скрыть эмоции. Ну что ж, вот вам и ваши бесстрастные эльфы.
— Разрешите присесть?
Мне предложили стул, и я, устроившись поудобнее, углубился в повествование. Я начал с той самой клетки, где мы встретились, прошёл через все испытания, рассказал о зародившейся дружбе с Таэроном. И подвёл рассказ к кульминации — битве с королём лаодитов. Они слушали с невозмутимым вниманием, а лорд Кэлебриан тем временем держал в руке какой-то кристалл, отливавший тусклым свечением. Вероятно, это было некое подобие устройства для записи или верификации сказанного. Закончив, я протянул королю кольцо.
Элариэль сжал его в кулаке, на мгновение закрыл глаза, а затем произнёс:
— Он не лжёт. Всё, сказанное Кайлосом, — истина. За исключением нескольких опущенных деталей, но они несущественны.
Внутренне я выругался. Следовало продумать и этот момент. Кто же мог предположить, что через кольцо можно передать послание или даже целое воспоминание о произошедшем? Ведь я многое не договорил. Особенно про ИИ. Вдруг король эльфов захочет вернуть его себе. Он наверняка знает, как им пользоваться. Надо будет его убрать в замок. Да, так будет лучше.
Король с почтительным благоговением вручил кольцо Кириану и отпустил его, наказав почтить память предка и возвести в его честь монумент — как мстителя за великое предательство, что тысячелетия отравляло душу эльфийского народа.
После мы остались втроём, Ночной Взор безмолвно последовал за Кирианом, оставив меня наедине с владыкой и провидицей.
— Не ведомы мне слова, коими можно было бы воздать тебе должное, — произнёс Элариэль, и в его голосе звучала подлинная, не поддельная благодарность.
— Мне будет довольно простого «спасибо», высшего кристалла, что я отдал Таэрону, пропуска к Озеру Зеркальных Отражений… и осознания, что за вами числится должок, — ответил я, и углы моих губ дрогнули в несмелой улыбке.