Привет магия! Отражение. Книга пятая.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Разумеется, — ответил я, встречая его взгляд. — Я дал слово лично вручить его королю. И намерен сдержать его. Таэрон пожертвовал собой, прикрывая наш отход. Это последнее, что я могу для него сделать.

— С кем вы сражались? — на этот раз вопрос задала Исилме. Теперь в глазах обоих эльфов читалась неподдельная, живая заинтересованность. Смотри-ка, а любопытства им не чуждо.

— Боюсь, это имя вам ничего не скажет, — покачал головой я. — А даже если и скажет… Впрочем, я всё равно дал слово поведать обо всём исключительно Его Величеству. Как он затем распорядится этой информацией — не моя забота.

— Тогда вы не против, если мы сопроводим вас к королю, а ваши спутники останутся здесь? — предложил Кириан.

— Против, — ответил я твёрдо. — Мы идём вместе, либо не идёт никто. В ином случае пусть ваш Элариэль соблаговолит явиться сюда сам, поскольку то, что я хочу рассказать, касается вашего… общего прошлого. Скажем так — побега.

Опаньки, а вот это дало эффект. Глаза эльфов метнулись друг к другу, в них мелькнуло нечто похожее на тревогу и понимание. Значит, знают. Очень даже знают, о чём я.

— Мы всё поняли, — после короткой паузы произнесла Исилме, её голос вновь стал бесстрастным. — Тогда, если вы не против, проследуйте за нами.

Раз они проявили такую покладистость, я не стал упрямиться. Посмотрим, что будет дальше.

Забрав вещи из комнат, мы направились к опушке леса. Никаких врат, стен или заборов здесь, конечно, не было. Не было и почётного караула, вышагивающего вдоль незримой границы. Когда мы приблизились, из тени древних деревьев вышел страж. Он был облачён в лёгкие, но прочные доспехи, отлитые из призрачного металла, что поставляют им гномы, а на поясе у него висели два изящных полуторных меча.

— Уважаемые Кириан и Исилме, вы желаете воспользоваться правом рода? — его голос прозвучал глухо, словно из-под шлема.

Эльфы молча кивнули.

— Хорошо. Тогда прошу, проходите.

Мы переступили невидимую черту, и мир вокруг нас изменился мгновенно и кардинально. Это было похоже на прыжок в иную реальность. Если снаружи вовсю светило солнце, то здесь царила глубокая, бархатная ночь. Лес напоминал декорации к фильму одного известного режиссёра — всё вокруг переливалось ультрамариновыми, бирюзовыми, лимонными, фуксиновыми цветами. Светящиеся мхи, гигантские грибы, странные цветы и даже насекомые — всё излучало собственное сияние, создавая сюрреалистическую картину, больше похожую на интерьер какого-то фантастического ночного клуба. Я не один оглядывался по сторонам с неподдельным изумлением. Ева так вовсе вертела головой как пропеллер. Впрочем, Вул’дан не отставал.

— Скажите, о каком праве рода говорил страж? — поинтересовался я, обращаясь к проводникам.

— Высшим родам даровано право провести в лес до пяти чужаков раз в тысячу лет, — объяснила Исилме без тени эмоций.

— Сурово, — заметил я. — Но логика, в принципе, понятна.

А сам подумал вот было бы неудобно притащи я всех с собой.

Затем, под удивлённые, почти недоумевающие взгляды моих спутников и сопровождающих эльфов, я достал из пространённой сумки заранее приготовленный собственноручно каравай хлеба, глиняную крынку со сметаной и полотняный мешочек с пирожками. Пеньков, как я и ожидал, здесь не было — эльфы не рубят деревья. Потому я отыскал небольшую, относительно чистую полянку, застелил её льняной салфеткой и аккуратно возложил на неё свои скромные дары. После низко, почти до земли, поклонился, обращаясь к самому лесу:

— Прими сей скромный дар от меня, Хозяин Леса. Чинить вред не дерзаю, а лишь желаю пройти со своими спутниками с миром и благими намерениями.

Лес отреагировал мгновенно. Кроны древних деревьев зашумели, словно отвечая на приветствие, а на кончик моего носа опустилась диковинная стрекоза, её крылья переливались всеми цветами радуги, словно вырезанные из самоцветов.

Я вернулся к своим, и мы продолжили путь. Никто не задавал вопросов, а я не спешил объяснять. Пусть считают это моей причудой или странным суеверием. Но я верил — знал — что в этом мире у каждого леса, у каждой рощи есть свой Хранитель, дух-защитник, древний и мудрый. В моём мире, наверное, они тоже были… вот только там на них давно перестали обращать внимание. Люди гадили, оставляли мусор, вырубали леса под корень. И сила лесных хозяев иссякала, истончалась, пока они не угасали вовсе, оставляя землю сиротливо пустой.

По магической тропе, что вилась меж светящихся деревьев, мы достигли столицы лунных эльфов всего за двадцать минут. Я прекрасно понимал, что физически преодолеть такое расстояние невозможно — но с помощью древней магии пути, что сжимала пространство, это было более чем реально. Эх такую бы транспортную сеть в империю Феникса. Или хотя бы от моего строящегося замка до столицы. Мечты.

Мы шли по столице, а моё сердце, казалось, билось в унисон с тихим, волшебным ритмом этого места, и я не в силах был обуздать восторг, переполнивший мою душу. Будь я наделён даром певца или сказителя, я бы вознёс ему гимн, но в ту ночь я мог только безмолвно славить его величие.

Луминдор, сердцевина владений лунных эльфов, не был воздвигнут руками — он был взращён самой душой древнего леса, его живое и дышащее продолжение. Укрытый в сокровенной чаще вечнозелёных деревьев, сей град был плотью от плоти его. Величественные сильдарины, чьи стволы отливали бледным сиянием ночного светила, а листва переливалась живым серебром, служили ему и опорами, и стенами, и кровлей. Их ветви, сплетаясь в вышине в причудливом хороводе, образовывали исполинский естественный свод, сквозь который струился призрачный свет луны и бесчисленных звёзд, растворяясь в царственном полумраке, царившем у подножия.

И да, здесь царила вечная ночь — таинственная, бархатная, и, казалось, этот лес хранил её в своём сердце безраздельно, из века в век.

Тропы, что заменяли улицы, не были мощены булыжником — они были проторены меж гигантских корней, одетых в мягкий, фосфоресцирующий мох. Стелился он по земле пульсирующим ковром, источая мерцающую лазурную голубизну, озаряя путь подобно мириадам застывших светлячков, сотворивших себе пристанище из света и тени. Воздух, густой, прохладный и пьянящий, был напоен благовонием ночных цветов, свежей, влажной земли и душистой древесной смолы. Я вдыхал его полной грудью, и голова моя шла кругом, а сердце трепетало от щемящей радости.

Обители эльфов были искусно вплетены в сами стволы величественных сильдарин: то были не просто жилища, а просторные галереи на разных ярусах, резные платформы, беседки из живых, податливых ветвей и ажурные мостки, соединявшие исполинские деревья меж собой. Всё было сотворено из причудливо изогнутого белого дерева и отполированного камня, что сиял, подобное сгустку застывшего лунного света.

Царившая здесь тишина не была безжизненной — она была мелодичной и глубокой, словно тихая прелюдия к вечному сну мира. Её нарушал исключительно шёпот листвы, отдалённый, хрустальный перезвон ветровых колокольчиков и порой — пронзительно-прекрасная, печальная ночная песнь эльфийского голоса, нисходившая с заоблачных балконов.

Если в шумной Адастрии царил оглушительный гам от снующей туда-сюда толпы, то здешние обитатели скользили мимо бесшумно, будто призраки, словно у мира и впрямь вырвали звук. Даже их тихие, размеренные беседы я мог расслышать только благодаря своему обострённому слуху.

Мы приблизились к сооружению, что казалось не построенным, а рождённым самим древним гигантом-сильдарином, в чьё исполинское тело оно было вплетено. Масштабы его заставляли кружиться голову и сжимали дыхание в груди. Как и всё в Луминдоре, оно сияло призрачной белизной, но здесь этот свет казался глубже, сосредоточеннее, словно сама суть лунного камня была обращена в архитектуру.