Королевство теней и пепла: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кейдж задержался рядом с ней; его голос был резким, но тщетным, он провёл последние полчаса, призывая свою Виверну.

— Даку, венире! — Его команда прозвенела в вечернем воздухе, и, наконец, существо появилось — тень, разрезающая пылающее небо.

Даку был самым младшим из Виверн, единственным самцом среди их сестринства. Зверь Хейвен, Аяру, — старшая и мудрая. Ниша — такая же непостоянная и необузданная, как Кай. И Никс — Никс, которая была самой дикой из всех, близнец, связанный с душой зверя, что теперь спускался с небес.

Виверна приземлилась с яростным взмахом крыльев; её рев сотряс воздух, ядовитый хвост рассек землю. Кейдж шагнул вперед; одна лишь властность его присутствия усмирила существо, заставив подчиниться.

— Он мал, но стремителен. У тебя не должно возникнуть проблем с перелетом через земли ведьм. И он быстр, — сказал Кейдж; голос его был ровным.

Мэл лишь кивнула. Мысль о том, чтобы оседлать другую Виверну — не Никс, — вызвала тошнотворный спазм в желудке, но она не позволила себе почувствовать это. Не сейчас. Пусть ведьмы перейдут ей дорогу, она разорвет их на части без колебаний.

Однако мести придется подождать. Сначала ей нужен кинжал.

Ветерок закружился вокруг них, теплый и сухой, и она прошептала в него:

— Эш знает.

Выражение лица Кейджа не изменилось, но она почувствовала тяжесть его вопроса еще до того, как он заговорил.

— Как?

Она уже начала идти к ожидающей Виверне; конечности налились невысказанной яростью.

— Хейган, — ответила она голосом, пропитанным тихим ядом. — Остерегайся его, брат. В его сердце гниль.

Возможно, это была простая верность Эшу, ошибочная попытка защитить своего принца. Но всё же что-то в этом гвардейце-драконийце тревожило её.

Взбираясь на Даку, она медленно выдохнула, прижав два пальца к своему лбу.

— Пусть тени укажут тебе путь, брат.

Кейдж повторил её жест; его поклон был легким, но торжественным.

— Пусть тени укажут путь тебе.

С последним оглушительным рёвом Виверна взмыла в небо; земля внизу стремительно уменьшалась.

Сухой, удушающий зной Королевства Огня остался позади, когда Мэл пронеслась мимо великой стены; её нависшая громада была мрачным напоминанием о том, что было потеряно. Она не смотрела вниз, даже когда сердце прошептало вопрос, который она не смела задать: лежит ли тело Никс всё ещё там, брошенное, но никогда не забытое?

Она стиснула зубы, но не посмела оглянуться.

Вместо этого она погнала Даку быстрее; ветер рвал её волосы, тело подалось вперед вместе с инерцией зверя.

Она возвращалась домой.

…

Рен нашла брата купающимся в непринужденном очаровании принцессы Сахиры; его смех был богатым и беззаботным, пока они ждали начала вечернего пира. Большой зал сиял в теплом свете золотых люстр, слуги сновали между вельможами, как беспокойные светлячки; позолоченные кубки с медовым вином блестели в их руках. Маленькие изящные тарталетки, присыпанные мелким сахаром, разносили гостям, чтобы те оставались довольны в ожидании грандиозного выхода Алины и Захиана.

Ее взгляд скользнул по залу, отметив короля, окруженного кольцом советников и льстецов, хотя королева подозрительно отсутствовала. Странно. Особа королевской крови не должна пропускать такое событие.

Но больше всего её внимание привлек Эш Ахерон — Принц Огня стоял в стороне, застывший как статуя, с выражением лица, высеченным из камня. Алые гвардейцы маячили рядом с ним; их приглушенные перешёптывания лишь разжигали огонь в его глазах. Что-то вывело его из равновесия.

У Рен оставалось еще несколько мгновений свободы, прежде чем долг призовет её обратно, прежде чем ей придется покинуть веселье, чтобы вернуться наверх и присматривать за Верой. Валькирианка Фрея пока дежурила там, но Рен знала, что не может задерживаться надолго.

Она поерзала, одергивая тонкую ткань своего платья. В кои-то веки она решила одеться как леди, хотя тяжесть наряда раздражала её. Платье принадлежало её матери — изысканный оттенок глубокого синего, расшитый серебряными нитями, складывающимися в узоры волков и хрупких снежинок; его красота казалась неуместной в удушающей жаре королевства. Её волосы были украшены жемчугом, ниспадающим тонкими цепочками на лоб и вплетенным в синюю ленту, удерживающую её дикие локоны. Хрупкая вещь, этот наряд, а Рен ненавидела чувствовать себя хрупкой. Как Хесса и Сахира умудрялись увешивать себя золотыми цепями, с украшениями от ушей до носа, ослепительными, но громоздкими, было выше её понимания.

— Вот ты где, — сказал Брин, хватая её за руку; его ухмылка была острой, как у волка.