Клем плюхнулась в кресло — нечто среднее между мягким мешком и обычным стулом.
— А еще тут телевизор!
Я перевела взгляд на Хейден, которая медленно обходила комнату, изучая каждую деталь.
Роуз и Кай вошли следом. Он по-прежнему держал дистанцию, но наблюдал внимательно.
— Если что-то не нравится — мы всё переделаем.
— Нет, — сипло ответила Хейден. — Всё нормально.
Я знала, что это больше, чем просто «нормально». Но четырнадцатилетнему ребенку сложно сразу осознать перемены. Особенно такие.
Клем подскочила с темно-синего кресла перед телевизором:
— Можно посмотреть мою?
Кай улыбнулся:
— Конечно.
Он повел нас через коридор — в комнату, которая могла бы стать раем для любого книголюба. На стене фреска: поле цветов и Клем под раскидистым деревом, читающая книжку — почти как на фреске в нашем с Каем уголке. Полки вдоль стены ждали, когда их заполнят книгами, но я уже начала пополнять коллекцию.
— Я купила тебе несколько своих любимых подростковых серий. Но мы обязательно съездим в «Страницы Сейджа» и выберем еще — ведь нам нужно заполнить целую библиотеку на первом этаже.
Клем обернулась, волосы огненными всполохами взметнулись в воздухе:
— Здесь есть настоящая библиотека?
— У нас же есть карточки в городской библиотеке, — напомнила Хейден.
— Да, но библиотека прямо дома? Это же волшебно! — Она закружилась с раскинутыми руками. — Я буду как Белль! — И плюхнулась на кровать. Грейси подбежала и запрыгнула рядом.
— Как же здесь уютно, — пробормотала она, проводя рукой по покрывалу.
Челюсть Хейден напряглась, на скуле дернулся мускул. Сердце у меня болезненно сжалось. Она столько лет сама добывала им всё хорошее, что теперь ей, наверное, тяжело видеть, как это делает кто-то другой.
Клем соскочила с кровати и потянула Грейси за руку:
— Пойдем смотреть твою комнату!
Они помчались через общую ванную, восхищаясь глубокой ванной, душем и полотенцами с радужными сердечками.
— Не может быть! — завопила Грейси, когда увидела фреску.
Кай улыбнулся так широко, как я, кажется, никогда раньше не видела.
— Арден и Линк рассказали нам про рисунок, который ты сделала в лагере. Мы решили его немного… увеличить, — объяснил он.
— Ты сделал мою комнату как ярмарку, — произнесла Грейси с восторгом, на каждой ноте слышалось изумление.
Тема продолжалась по всей комнате: покрывало с воздушными шарами, кровать, усыпанная плюшевыми игрушками, сиденье у окна с яркими подушками, потолок, расписанный под купол цирка.
— Нравится? — спросила я с надеждой.
Она засияла, показав чуть шатающийся зуб:
— Это лучшее место на свете!