– Зачем? – не поняла я.
– Щетка, шампунь, что там еще нужно?
– Ты… Уверен? – с сомнением уточнила я.
– Начинается, – закатил он глаза. – Уверен. Я никогда не делаю того, в чем не уверен. Домой ты не пойдешь, я тебя к ним не пущу. Или я пойду с тобой к ним жить. Надо?
– Тим… А если…
– А если, – передразнил он. – Пойдем, трусиха. Научишься эту херню делать, начнешь нормально зарабатывать и будешь увереннее.
– Тимур, – позвала я.
– Да что опять? – усмехнулся он.
– Тогда нам нужны правила.
– Какие правила? – не понял он.
– Совместной жизни. Что смешного я сказала?
– Давай правила, – развеселился он.
– К примеру, по утрам… Тебя будить или не будить? Что ты ешь на завтрак? Как мне себя вести? Можно ли…
– Все можно, – кажется, он с трудом сдерживал смех, – только мужиков не води. Остальное все можно.
– Каких мужиков? – вспыхнула я.
– Никаких не води, – его глаза весело блестели.
– Как с тобой разговаривать? Я серьезно, вообще-то!
– Я тоже. Давай по ходу дела решать?
– А вещи? И квартира? Я могу половину суммы оплачивать? Мне сегодня зарплату дали.
– Вот шмотки себе на них и купи, – посоветовал мне Тимур.
– А остальное?
– Я, ты, сугроб… – приподнял он бровь, со значением глядя на меня.
– Невозможный, – проворчала я, выходя на улицу.
Под его насмешливым взглядом заперла магазин, поставила его на сигнализацию и возмущенно засопела.
– А если мы совершили ошибку?
– Раздевайся нахрен! – не выдержал Гафаров.
– На хрен я раздеваться не буду, могу случайно сделать больно, – уперла я руки в бока.
Тимур широко распахнул глаза и громко засмеялся.
– Вон наше такси.
Я топнула ногой от злости, но пошла следом. Села на заднее сиденье и продолжала молчать, а Тимур веселился всю дорогу до его дома.