– Я сейчас милицию вызову, – пригрозила мама. – Яся, быстро домой!
– Ремень убери… те, – потребовал Тимур, – и больше никогда не берите в руки в ее присутствии.
– Мальчик, ты мне угрожаешь?
– Тимур, пожалуйста, – меня трясло, а я прокляла ту минуту, когда позвонила ему.
Тим очень ловким движением вырвал ремень из рук мамы, игнорируя меня.
– Я сейчас мужа позову, – испугалась мама, глядя, как мой парень медленно, словно в замедленной съемке, наматывает ремень на кулак.
– Зови, – прошипел Тимур так, что я вздрогнула, подумал и издевательски поправился: – Зовите.
– Ты… Яся, если ты с ним, то домой больше не приходи, – кажется, мама испугалась.
Да я и сама была в ужасе от того, как он мог за мгновение поменяться.
– Она сейчас уедет, – продолжал Тимур вкрадчиво и так, что у меня волосы на затылке зашевелились, – со мной. А потом вернется, когда сама захочет. И ей никто слова не скажет. А если вдруг кому-то захочется ее ударить, то приду я.
Он широко раскинул руки и клоунски улыбнулся.
– Жить приду, – делая шаг к маме, пообещал Тимур, – и наглядно покажу, как это больно, когда бьют ремнем. А потом научу вас ее уважать.
– Ты, щенок, смеешь мне…
– Тише, тише, – Тимур не повышал голос, но мне казалось, что вокруг нас температура упала еще на пару градусов. – Не нужно кричать, особенно в присутствии Яси. Она волнуется. А когда она волнуется – я злюсь. И это…
Он потряс ремнем в воздухе.
– … вам больше не понадобится.
Тимур развернулся ко мне, мгновенно снова становясь собой, и мягко велел:
– Поехали.
– Я не… – пробормотала я, чувствуя, как дрожит подбородок.
Мама молнией метнулась в подъезд, а я не могла даже рыдать.
Но стало только хуже.
Окно в моей комнате открылось, а разъяренная мама в истерике стала выбрасывать мои вещи прямо под окна.
– Чтобы духу твоего в моем доме не было, неблагодарная! Придумала меня своим ебарем пугать, да? – кричала она так, что соседи стали просыпаться и выглядывать в окна.
– Я тебя выносила, родила, стерву такую, а она ко мне мужиков присылает с угрозами. Ах ты…
Тимур спокойно смотрел на представление, устроенное мамой, лишь прищурил глаза. А потом развернулся ко мне, схватил за руку и велел:
– В машину.
– Я… А как? А вещи? Я не могу, Тимур.
– Давай, – он мягко подтолкнул меня, взял за локоть, довел до машины такси и усадил на заднее сидение.
Сел рядом и приказал водителю:
– Поехали.