– Что? Дженни!
– Это единственные осмысленные слова отца Билла. Они засели во мне, как программа. Если я умру, хочу, чтобы это знал кто-нибудь еще.
Нисимура услышал, как миссионеры этажом ниже издают звуки, которые он сам когда-то издавал, будучи их лидером. Сегодня они охотились не за едой и не за припасами.
– Быстро, – сказал он. – Очень-очень быстро.
– Големы здесь для того, чтобы защищать Землю. Им на нас наплевать.
– Големы – это упыри? Ладно. Понял. А теперь давайте…
– Господи боже, прислушается ли ко мне хоть один чертов человек на этом судне? Мы призываем Их. Вот что важно, понятно? Это есть в какой-то старой книге, как сказал отец Билл. Не помню точно, но мы призываем големов на помощь, а Они, помогая планете, уничтожают нас. Поймите, это очень важно. Надо рассказать другим.
– Мы расскажем. А сейчас я открываю дверь. Вы справитесь, пилот. У вас получится!
Солнечный свет обрушился на них, как тайфун. Нисимура знал, что надо заблокировать дверь, чтобы не подпустить упырей и замедлить миссионеров, но в ослепившем их бриллиантово-белом мире виднелись черные пятна – упыри с летной палубы, которых отец Билл убивать не позволял. Их было много, а это означало, что остается только бежать.
Дженни и Нисимура перебрались на корму по левому борту. Дженни начала стрелять из М9. Даже на бегу она стреляла прекрасно, и два упыря сразу упали после попаданий в голову. Рой упырей появился с правого борта, словно тень от проплывающего облака. Их внезапное появление застало Дженни врасплох, ее пули без толку пробили грудь нескольких, вызвав всплески холодной крови. Нисимура крикнул, чтобы она бежала, просто бежала. Дженни сунула пистолет в карман, обеими руками схватила меч и бросилась бежать.
Из-за огненного шторма 24 октября асфальто-резиновое покрытие площадки покоробилось. Дженни была достаточно спортивна, чтобы держаться на ногах, а Нисимура – нет. Он трижды падал. В первый раз он просто поднялся на ноги. Во второй – потерял из-за упыря топор. В третий – оттолкнул троих мертвецов новыми коричневыми ботинками, с усилием развернул винтовку и проткнул штыком горло среднего. Несмотря на задержки, когда он добрался до F-18 «Супер Хорнет» на четвертом лифте, Дженни все еще была под фюзеляжем.
– Садитесь в самолет! – закричал он.
Нисимура попытался подтолкнуть Дженни к трапу, но она отпихнула его. Обвязала нейлоновой веревкой крюк для крепления, как и договаривались, но теперь подпиливала его ножом.
Что за саботаж? Нисимура хотел призвать «сияние», но в голове все еще звучали слова Дженни: «Прислушается ли ко мне хоть один чертов человек на этом судне?» Поднять самолет со взлетной палубы длиной четыреста метров без помощи катапульт было выше его сил, он всю службу только смотрел, как они взлетают с авианосцев, и никогда не видел, чтобы кто-то пытался вот так.
У Дженнифер Анжелис Паган, однако, был план. Она объяснила его, по ходу дела наговаривая на себя, как бы ее ни хвалил Нисимура. При обычном взлете пилоты открывали клапаны, чтобы сжатый пар швырял самолеты со стометровой взлетно-посадочной полосы в небо. Это заняло бы две секунды. Используя всю длину палубы, они преодолели бы триста метров, половину расстояния, нужного для взлета, – и это без учета покореженной палубы. Идея Дженни состояла в том, чтобы включить тормоза, запустить двигатели и наблюдать за флагами на мачтах, ожидая попутного ветра. В нужный момент она отпустит тормоза, включит форсаж, и дальше останется только молиться. Привязав самолет к кнехту, Дженни надеялась увеличить тягу турбин. Главное, чтобы веревка оборвалась именно в тот момент, когда она нажмет на тормоза, иначе самолет унесется в сторону, за борт.
Именно этот план Дженни и реализовывала. Но решила подрезать веревку ножом, чтобы та порвалась в нужный момент. Это казалось рискованным: откуда она могла знать, насколько глубоко нужно резать веревку? Всего несколько мгновений назад она беспокоилась о необходимых действиях в кабине пилота. Дженни подняла глаза на Нисимуру. Он скорчил гримасу, глядя на Дженни сверху вниз. Она стиснула зубы и метнула в Нисимуру нож.
«Заслужил», – подумал он. Именно мужчины разрушили мир. Чем скорее их всех перебьют, тем лучше. Но Дженни целилась не в него, лезвие просвистело слева от Нисимуры. Он повернулся и увидел, как нож, выпущенный далеко не экспертом, отскакивает от лица упыря, находящегося на расстоянии вытянутой руки.
Тварь это всего лишь сбило с толку, а вот в тело Нисимуры будто вонзились сотни иголок. Еще дюжина упырей приблизилась на три метра. Он взял в руки винтовку. Штык был пятнадцатисантиметровый, опасно короткий. К тому времени, как он выдернет штык из упыря, подбежит другой. Ему нужен был М9.
Пока Нисимура думал об этом, из шеи упыря посыпались на палубу куски серой и коричневой плоти. Колено упыря рядом превратилось в красный туман. Нисимура подумал, что Дженни стреляет, но заметил брызги. Покосился на «остров» и увидел блеск лезвий. Телохранители отца Билла заметили Нисимуру и Дженни и открыли по ним огонь. Скопление упырей просто послужило временным прикрытием. Повсюду из динамиков системы громкой связи раздавался пронзительный голос Хенстрома, а пули сыпались дождем. Упыри тоже приближались. Онемев от шока и страха, Нисимура закричал…
Холодная рука схватила его сзади за рукав…
Нисимура с криком развернулся, сделал выпад штыком и почувствовал, как лезвие вонзилось в плоть, такую податливую, что… он сразу понял, что совершил ужасную ошибку.
Пятнадцатисантиметровый штык по самую рукоятку вошел в грудь Дженни.
– О нет, – выдохнул он. – О нет.
Дженни посмотрела вниз. Лезвие вошло между нижних левых ребер. Нисимура попытался вспомнить, какие жизненно важные органы там скрыты. Легкие, селезенка, желудок? Он не знал. Поджелудочная железа, толстая кишка, почки? Он не знал, не знал. Рука Дженни, та, что бросила нож, легла на ствол винтовки.
– Вытащите его, – выдохнула она.
– Простите, – сказал Нисимура.
– Вытаскивайте, – крикнула она, – и садитесь в чертов самолет!
Нисимура потянул, и в ладонь ему ударила струя крови, горячая, ярко-красная. Пилот Паган была жива – по крайней мере, пока. И прежде чем они успели обдумать случившееся, Дженни уронила меч, нырнула под самолет и запрыгнула на трап, как ребенок на веревку. Поднявшись по перилам, Нисимура с отвращением бросил винтовку и последовал за Дженни. Упыри стонали, Их черепа отскакивали от днища самолета. Ступеньки были выкрашены в белый цвет, чтобы их было видно на взлетно-посадочной полосе, но сейчас на них виднелась кровь Дженни, на каждой ступеньке были пятна. Лестница была установлена неправильно, и Нисимуре пришлось запрыгнуть на заднее сиденье самолета. Это и так было нелегко, а его к тому же отягощал груз вины.
– Простите, мне правда жаль.
– Гидравлика в норме. Кислород выключен, усиление в норме. Сброс топлива выключен.