– Кому вы хотите позвонить?
– Тому Гатри и Виктории Рубидо.
– Том Гатри – школьный учитель?
– Да.
– Но вряд ли школа его отпустит.
– Ради бога! – взмолился Рэймонд.
– Ладно, – смилостивилась она. – Неважно. Мы позвоним и попробуем попросить его к телефону.
– Еще, пожалуйста, позвоните в Форт-Коллинз, – продолжал Рэймонд. – Вызовите мне Викторию Рубидо.
– А кто она, мистер Макферон?
– Студентка в колледже, с ребенком. Ее имя будет среди первокурсниц.
– Но кто она вам? Она ваша дочь?
– Нет.
– Обычно мы звоним по межгороду только ради родственников.
– Просто позовите ее к телефону, – попросил Рэймонд. – Неужели не сможете?
– Будь она родственницей, племянницей или дочкой…
– Она мне как дочь. Больше чем дочь. Я должен теперь о ней заботиться.
– Что ж.
Медсестра смотрела на него. Он отвечал ей напряженным взглядом, на вымытом начисто лице, на щеках и на лбу заметно выделялись воспаленные ссадины.
– Ладно, – сдалась она. – Хоть это не по правилам. Можете назвать ее имя по буквам?
Рэймонд отвернулся.
– Боже правый, – проговорил он.
– Хорошо, – сказала она. – Сама разберусь. Кому звонить в первую очередь?
– Девушке. Она должна узнать обо всем.
– Но вы уверены, что сможете сейчас говорить? Вам ведь очень больно.
– Просто дайте мне трубку, как только свяжетесь с ней, – ответил он. – Она сильно расстроится. Я уверен, что она любила моего брата. Я уверен, что он очень любил ее.
Медсестра ушла, а он лежал в постели за зелеными занавесками. Ему уже поставили капельницу, надели на руку манжету для измерения давления, положили ногу на подушку. Он лежал, глядя в белый потолок, затем закрыл глаза и, как ни старался сдержаться, снова заплакал. Выпростал руку из-под простыни, вытер лицо, ждал, пока медсестра принесет телефон. Он пытался придумать, как ему сказать Виктории Рубидо о случившемся.
Затем пришла медсестра с телефоном, и он спросил:
– Это она?
– Да. Наконец-то я ее нашла. Вот, возьмите.
Он поднес телефон к уху: