Он встал, схватил планшет, поднёс его ближе к лицу.
— Я в отпуск с семьёй не помню когда в последний раз ездил! Моя жена меня из дома выгнать грозится! Дети на меня смотреть не хотят, потому что я работаю по шестнадцать часов в сутки, пытаясь удержать этот техникум на плаву!
Гужевой открыл рот, но Анатолий Петрович не остановился.
— А вы! ВЫ даёте мне гроши из бюджета, который выделен из столицы! Урезаете бюджет каждый год! И требуете откаты за каждый чёртов перевод! Я не зарабатываю! Я выживаю! И дети выживают! На старом оборудовании! На хламе!
Он тяжело дышал, сжимая планшет так сильно, что пальцы побелели.
— И знаете что? Воронов за один час сделал для техникума больше, чем вы за десять лет!
Гужевой медленно выпрямился.
— Ты закончил? — спросил он тихо.
Анатолий Петрович понял, что зашёл слишком далеко, но было уже поздно.
— Да, — сказал глухо он. — Закончил.
Гужевой усмехнулся.
— Хорошо. Тогда слушай внимательно, Лисицкий. Ты только что подписал себе приговор. Я сделаю всё, чтобы этот техникум закрыли. Проверки, санитарные, пожарные, магические — я найду нарушения и закопаю тебя в бумагах! Все твои студенты окажутся на улице!
Анатолий Петрович стоял, глядя на экран, и чувствовал, как внутри всё холодеет.
— А если твой новый хозяин, Воронов, попытается вмешаться, — продолжил Гужевой, — я устрою такой скандал в региональной прессе, что его репутация пострадает. «Лорд-Протектор захватывает чужие города». Думаешь, ему это нужно?
Он наклонился ближе к камере.
— Ты облажался, Лисицкий. И теперь заплатишь за это.
Связь оборвалась.
Анатолий Петрович стоял, глядя на пустой экран.
Вера Ивановна смотрела на него с ужасом.
— Анатолий Петрович… что мы будем делать?
Анатолий Петрович медленно опустил планшет на стол. Посмотрел на уведомление о переводе — восемь с половиной миллионов.
Я спас техникум, но теперь Гужевой придёт за мной. Воронов дал деньги, а он угрожает уничтожением. Что мне делать?
Он опустился в кресло, закрыл лицо руками.
— Я не знаю, Вера Ивановна, я не знаю… — сказал он тихо, откинувшись назад и мечтательно подняв голову. — Если бы только Лорд-Протектор…
Он не договорил, так как мысль пришедшая ему в голову казалась полностью абсурдной, настолько, что он не решился произнести ее вслух. Слишком уж она была… желанной.
Глава 8
Кафе «У Григория» пахло кофе и выпечкой. Окна были завешены плотными шторами, дверь заперта изнутри на засов. Снаружи город жил своей отравленной жизнью — наёмники патрулировали улицы, рабочие возвращались с завода серыми тенями. Внутри, в маленьком зале кафе, собрались те, кто ещё не сломался.
Даниил сидел за угловым столом, локти на столешнице, руки сцеплены в замок перед лицом. Он смотрел на разложенные перед ним бумаги — схемы завода «Деус», нарисованные от руки, с пометками, стрелками, крестиками. Его голова гудела, но на этот раз не от мигрени, а от постоянного фонового шума, который он чувствовал всё время, с тех пор как дар проснулся окончательно.
Боль. Страх. Злость. Отчаяние.
Город кричал беззвучно, но Даниил слышал этот крик каждую секунду.