— Хорошо. Если ты готов… я знаю, с кого начать.
Он выпрямился и обвёл взглядом собравшихся:
— Нельзя сразу собрать тысячи людей, это привлечёт наёмников мгновенно. Нужно делать постепенно, сначала малые группы и проверенные люди, а потом больше.
Даниил кивнул:
— Да. Именно так.
Григорий усмехнулся:
— Тогда начнём с самых упёртых. Сегодня ночью в «Яме» будут только свои. Двери запрём.
Вадим нахмурился:
— «Яма»? Подпольный бар на окраине?
— Именно, — кивнул Григорий. — Там собираются те, кого я знаю лично. Бригадиры, мастера, рабочие. Эти ребята не верят в болтовню, а верит только в силу. Если Даниил пробьёт их — остальные пойдут следом.
Иван Семёныч усмехнулся мрачно:
— Ты хочешь начать с самых упёртых?
— Именно, — повторил Григорий. — Потому что если они поверят — поверят все.
Даниил посмотрел на свои руки снова и сжал крепко кулаки. Настало время драки.
— Сколько человек? — спросил он, глядя на Григория.
— Пятнадцать-двадцать, не больше. — ответил Григорий. — «Яма» маленькая.
Даниил кивнул:
— Хорошо. Я буду готов.
Григорий долго и изучающе посмотрел на него. Потом кивнул:
— Я знаю.
Он повернулся к остальным, голос стал командным:
— Иван Семёныч, готовь оборудование для диверсии. Как только город взорвётся — ты идёшь на завод. Нина Петровна, готовь справки. Нам нужны сотни больничных — мигрени, ОРВИ, что угодно. Чтобы рабочие могли легально не выходить на смену. Максим, Лена, Артём — готовьте сеть. Как только Даниил начнёт говорить, вы распространяете запись. Везде через все каналы.
Хакеры кивнули синхронно, уже что-то печатая в ноутбуках.
Григорий посмотрел на Даниила последний раз:
— Сегодня вечером, Даня, мы идем туда. Посмотрим, чего ты стоишь.
Даниил кивнул молча.
Собрание закончилось быстро. Люди начали расходиться — по одному, с интервалом в несколько минут, чтобы не привлекать внимания. Иван Семёныч ушёл первым, сунув схемы под куртку. Нина Петровна — следом, тихая тень в сумерках. Вадим, Коля, хакеры — все растворились в темноте улиц.
Остались только Даниил, Григорий и Антон.
Григорий налил себе водки — щедро, до краёв стакана. Выпил залпом и поставил стакан с глухим стуком.
— Знаешь, Дан, — сказал он тихо, не оборачиваясь. — Я боюсь.