– Первым делом я куплю «Зенит-112». Из фотографии уйду. Стану корреспондентом. Придется приобрести машину. Как вы думаете, взять «Волгу» или обождать «фиат»?
– Купите грузовик!
Орешникову понравилась идея, что он может себе позволить купить грузовик:
– А сколько он стоит, дороже, чем легковая?
– Не знаю, не приценялась!
– Как вы смотрите на то, – продолжал сорить деньгами Орешников, – если я куплю яхту? Правда, в городе нет моря и поблизости тоже. Переехать в Крым, что ли, и купить там заодно виллу? Нет, крыша будет течь, ремонты замучают. Это не в моем стиле – возиться с ремонтами…
То, что Орешников может, но не хочет купить виллу на берегу Черного моря, доконало Алевтину. Она выскочила на мороз без пальто.
Владимир Антонович проводил ее недоуменным взглядом и стал выискивать следующую мишень. Ему подвернулся ретушер Петя.
– Петя, я выиграл десять тысяч и не знаю, что купить. Я как-то к этому не подготовлен!
– Я за тебя рад! – искренне сказал Петя. – И я уже все подсчитал. Ты можешь купить три тысячи четыреста восемьдесят четыре пол-литра, и еще останется девяносто две копейки на закусь! Если ты будешь пить по литру в день…
– По литру? – растерянно переспросил Орешников.
– То тебе хватит на пять лет. А если еще сдать посуду…
– Эта свежая мысль не приходила мне в голову. Я подумаю. Спасибо! – поблагодарил Орешников и перекочевал в лабораторию к Ире и Юре, которые были настолько потрясены случившимся, что даже не целовались.
– Дети! Я выиграл десять тысяч и теперь собираюсь жениться!
Юная пара не пожелала его поздравить. В лаборатории тускло светила красная лампа, и выражения лиц не было видно.
– Если я подарю невесте «Волгу» и квартиру двухкомнатную, – разглагольствовал Орешников, не заботясь об окружающих, – а в свадебное путешествие мы поедем вокруг Европы на белом пароходе…
– Прикажете мне кричать «ура»? – вспылил Юра.
– Вы нам засветите пленку! – заплакала Ира.
И Орешников выкатился из лаборатории, не понимая, что зрелище его незаконного счастья не доставляет удовольствия.
Владимир Антонович возвратился в павильон, где возле большого фотоаппарата образца 1915 года пригорюнилась Лидия Сергеевна:
– Примадонна! – сказал Орешников фамильярно. – Я уже почти миллионер!
Лидия Сергеевна посмотрела на коллегу, с которым работала бок о бок целый год, и вдруг обнаружила, что коллега недурен собой! И умен, и обаятелен, и остроумен, и вообще замечательный человек. Тем более что от нее ушел муж, а коллега выиграл десять тысяч!
– Володя! – сказала она зазывно. – Я вас поздравляю! И вы меня тоже можете поздравить – я с мужем расплевалась, выгнала его к чертям! Знаете, он полное ничтожество, скандалист…
Орешников видел, что начинает нравиться Лидии Сергеевне, и это ему льстило.
– Вам, Володя, надо кончать с холостой жизнью! – решительно заявила Лидия Сергеевна. – Ваши шансы возросли.
– Лидия Сергеевна, вы играете с огнем! – предостерег Орешников.
– Мы с вами родственные души! – Лидия Сергеевна не боялась обжечься. – Только мы с вами здесь творческие люди…
– А Петя? – некстати заступился за товарища Орешников.
– Петя – третий лишний! – отмела ретушера Лидия Сергеевна. – Нам с вами нужно отметить ваш выигрыш. Мы можем это сделать у меня. Я вам сейчас запишу адрес…
– Дату встречи мы уточним позднее, – Орешников положил в карман записку с адресом и ушел независимой походкой покорителя женских сердец.