Да нет, это просто кажется. Змеи – они же плакать не умеют, правда? Это просто ветер принес им морскую соль… это просто морской шаловливый ветер.
Опомнились они не сразу. Минут через пятнадцать…
– Прости, – отпрянул Рикардо.
Мария лукаво улыбнулась.
– За что? Мне понравилось.
Адмирал, в очередной раз поставленный в тупик женской логикой, только развел руками.
– Я… я знаю, я не должен был так поступать.
Мария тряхнула головой. И приняла жесткое, но необходимое решение.
– Ты не должен, я не должна, но это уже есть. И мы уже не откажемся от этого счастья. Поэтому… нам придется подождать до столицы. Там мне надо будет решить что-то с Иоанном, и я надеюсь, мы сможем быть вместе.
Рикардо поднял брови.
– Думаешь, король тебя отпустит?
Мария рассмеялась уже в голос. Весело и искренне.
– Пусть удерживает! Я готова делить с ним ложе каждую ночь! Но исключительно в змеином облике! Интересно, ему понравится?
Рикардо представил себе эту картину, потом, кажется, вообразил что-то донельзя пошлое, захохотал, поперхнулся, Мария едва успела помочь, по спине постучала.
– Живой?
– Да. Ох, что-то мне кажется, Иоанну не все понравится.
Мария смотрела с видом абсолютной невинности. Если так можно сказать о глазах, которые становились на ее лице то человеческими, то змеиными, меняли цвет, меняли зрачок…
– У вас, мужчин, такие интересные вкусы иногда бывают. А вдруг?
Рикардо в этом сомневался. Но спорить не стал и руку своей королеве поцеловал.
– Ты великолепна.
Мария качнула головой.
– Я самая обычная женщина, Рикардо. Такая же, как все.
Вторую часть фразы: «обычная женщина двадцать первого века. Обычная русская женщина» она предусмотрительно проглотила. У женщины ведь и секреты быть должны, правда же?
– Ты – чудо Многоликого. И мое личное чудо. И я тебя безумно люблю!!!
За что адмирал и был награжден еще одним поцелуем. Но – не больше.
Пока ничего не разрешится, лучше не усугублять свое положение. Как?
А хвост змеиный его знает, как именно. Было у Марии одно печальное подозрение… если двуипостасные появляются реже… то есть из пяти детей у двуипостасной парочки второй облик унаследуют двое-трое, а то и вовсе один ребенок, то…
Спорим, они обязаны быть плодовитыми? Чтобы передать рецессивный ген дальше. И в пользу этой гипотезы говорит ее беременность. Ведь один раз с Иоанном в постели оказались, и сразу – готово! А если с Рикардо?
А если она опять забеременеет? Да еще и плод будет не один, такое же тоже может быть. Змеи вообще многоплодные, кажется? По одному змеенышу они не рожают?
А тут с одной стороны гад, с другой гадина…