– Боги…
А на большее Фридриха и не хватило как-то. Потому что на кровати, в цепях, билось и рычало… нечто.
Человек с волчьей мордой?
Волк с человеческим телом? Только покрытым шерстью?
Ясно только одно. Человеческого в его величестве Хансе оставались крохи.
– Тейна сюда!!!
Ганс опять сорвался с места, а Фридрих прикрыл глаза, привалился к дверному косяку. Выдохнул.
Кое-как попробовал взять себя в руки, шагнуть вперед… вглядеться.
– Боги…
Ничего человеческого не было в этих желтых звериных глазах, ничего разумного. Только ярость и боль. Только гнев и жажда крови.
Но это же не должно так быть, правда? Отец считал, что останется в разуме… может, будут боли и изменения тоже будут, но разум подопытные сохраняли всегда. Вот в этом конкретном случае – всегда.
Тейн себя ждать не заставил. Влетел в комнаты короля так, словно его под зад горящей головней тыкали, и замер на пороге.
– К-как?!
– Ты у меня спрашиваешь – как?! – вызверился Фридрих не хуже тигра. – ТЫ?! Б…
Дальнейшая фраза его величества в историю не попала, а жаль. Многие боцманы могли бы у него поучиться. Тейн в его руках болтался, как тряпка.
– Я, – кое-как согласился он. – Так не бывает, не должно быть, это неправильно!
– Да ты что?! А почему ж случилось?!
– Я сейчас прикажу… брат Тома…
– Приказывай. Я жду. И ты… подождешь.
Пока – брата Тома. А потом, может, и палача?
Брат себя долго ждать не заставил.
Прискакал, осмотрел Ханса и выдал свое веское слово:
– Так не должно было случиться!
Фридрих его едва не пнул с размаху! Интересно, высоко ли нынче монахи летают?
– Не должно?!
Монах только сейчас опомнился, огляделся.
– Простите, ваше величество. Эммм… так все равно не должно было получиться! Это другое…
– Не должно, но получилось, – процедил Фридрих, едва сдерживаясь. – О чем это может говорить?
Брат Тома, как истинный дурак… то есть ученый, вопрос воспринял линейно.
– Или о том, что неладно с вашим отцом, или о том, что неладно с порошком. Где он, кстати говоря?