Ты к краю вселенной уносишь мою горечь —
И книгу мою, в которой предсказано это.
А я остаюсь. До одури тихо в доме.
И в пальцах – планшет ли, перо, стилус…
Пожалуйста, хоть страницу, ведь я помню!..
…чтоб странствие чуть подольше тебе снилось.
ДОППЕЛЬГАНГЕР
Сэнди одна. Месяц, неделю, век?
Это как помутнение в голове.
Дом непривычно тих, необычно пуст,
Стало гораздо меньше цветов и бус,
Больше не остаётся открытым кран,
И почему-то сохнет в горшке герань.
К счастью, Сэнди работает на износ —
Тем, кто устал, кажется, всё равно…
Щурится с фото траурного сестра:
«Сэнди, любой закат истончает грань,
Сэнди, закутай зеркало пеленой.
Сэнди, не только я смотрю за тобой…»
Лето приходит. Лето душит её.
Пахнет река патокой и гнильём.
Сэнди устала. Выжата, как лимон.
Падает на кровать и, наверно, в сон.
…Комната в рыжих сумерках ли, в огне?
Простыни липнут к телу, как будто нефть.
Снится ей что-то страшное, как чума:
Словно бы голос сестрин зовёт со дна;
Путник в горячке мечется – мёртв ли, жив? —
Злая ночная птица над ним блажит;
В сером ущелье спутались низ и верх —