Это продолжалось. Я выгнулась дугой, вцепившись пальцами в его плечи. Всё лицо пылало от непонимания, что с моим телом, стыда и всепоглощающего блаженства, заставляющего запрокидывать голову и закрывать глаза.
— Смотри на меня, — его голос прозвучал властно, заставляя мои потрясённые глаза встретиться с его горящим взглядом.
Не смея ослушаться, я смотрела в его прищуренные глаза, а внутри меня всё трепетало, пульсировало, взрывалось миллионами искр.
Рэналф не отпускал меня, не прекращал смотреть. И, казалось, от этого происходящее со мной усиливалось, даже не думая утихать во власти его прожигающего, пожирающего меня взгляда.
Наконец, мое тело обмякло в его руках, безвольное и податливое, все еще подрагивающее от пережитого потрясения.
В глазах темнело, но Рэналф не позволял мне отплыть в пустоту. Он целовал меня, как будто заново открывал форму моих губ, вкус моего дыхания. Целовал уголки моих губ, где застыла улыбка, искаженная недавним экстазом.
Его пальцы вплелись в мои волосы, откинули их с лица, и он принялся целовать мои веки, пока мои ресницы трепетали под его прикосновением.
А я наслаждалась растекающимися по всему телу ощущениями. Позволяя ему целовать меня, медленно, легко, пока моя дрожь не сменилась приятной тяжестью.
Когда он наконец приподнялся, чтобы снова охватить моё лицо и всё подрагивающее тело жарким удовлетворённым взглядом, я, все еще ошеломленная, могла только смотреть на него широко раскрытыми глазами.
Во мне смешались потрясение и… благодарность. Невероятно, как же это, оказывается, может быть хорошо…
— Это так... — прошептала я и тут же выдохнула: — спасибо, Рэналф, спасибо, мне так хорошо, так хорошо...
Рэналф глухо и неразборчиво выругался, обхватил меня руками и прижал мою голову к своей груди. А я зажмурилась, слушая частый, мощный стук его сердца.
Глава 29. Близость
Рэналф обнимал меня, его сердце билось так гулко, сильно.
А я блаженствовала в его объятиях, и постепенно осознавала: я уже никогда не буду прежней. Что-то новое, неизведанное, пустило во мне первые, робкие ростки.
— Нея моя, — его хриплый голос прозвучал резко и решительно. — Всё. Теперь ты вся будешь моя.
Я лишь блаженно кивнула, всё ещё подрагивая от недавнего потрясения.
Он снова склонился ко мне, и его губы захватили мои в медленном, глубоком поцелуе, сдержанном, несмотря на властный тон его фразы.
И я ответила ему, неумело, но со всей переполняющей меня благодарностью, отчётливо ощущая блаженство в расслабленном теле, податливом после пережитого экстаза.
Смутно осознавала, как он перевернул меня на спину, а его ладони скользнули по моим бёдрам уверенным ласкающим движением.
— Так тебе тоже понравится, — прошептал он в мои губы, плавно разводя мои ноги.
На этот раз я, краснея, без сопротивления позволила ему раскрыть себя. Древний стыд уступил место доверию и смутному любопытству.
— Как же ты прекрасна, — его низкий голос прозвучал хрипло.
Его пальцы нежно коснулись самой сокровенной части меня. Я начала дрожать, но не от страха, а от обострившегося ожидания.
Рэналф раскрыл мои бёдра широко, поглаживая их по внутренним сторонам кончиками пальцев. Сейчас его прикосновения были лёгкими, почти воздушными, дразня и возбуждая меня.
Он не прекращал целовать меня, его губы то отрывались, чтобы шептать слова одобрения, то возвращались, чтобы поглотить мои прерывистые вздохи.
Его пальцы тем временем продолжали ласкать, дразнить, пока всё моё существо не заныло от сладкого, влажного томления.
— Пожалуйста, Рэналф, — прошептала я в его губы, прося сама не зная о чём.
— Рад, что ты просишь, — улыбнулся он, пристально глядя в мои глаза.
И тогда, удерживая мой взгляд, он коснулся меня между половых губ, дин его палец уверенно скользнул внутрь.