– Ты для меня все, Моник. Я не смогу… я не выдержу.
Эти слова ударили меня прямо в живот, словно кулаком. Лэй – тот самый Лэй, который мог смотреть в глаза толпе вооруженных людей, не дрогнув, сейчас дрожал.
У меня бешено забилось сердце.
Я знала, что он меня любит, но видеть его таким… это разрывало мне сердце.
Лэй снова опустил взгляд. Его руки сжали мою талию еще крепче, как будто он боялся, что я исчезну, стоит ему отпустить.
– Мы должны придумать что-то другое. Ты не уедешь сегодня из Восточного района с моим отцом. Мне плевать вообще на все остальное.
– Детка, хватит, – я положила ладони ему на лицо, заставляя посмотреть на меня.
Его челюсть напряглась.
– Лэй, ничего не случится. Со мной все будет в порядке. Ты должен мне доверять.
– Я не могу доверять всему этому, – голос у него сорвался, тело дрогнуло. – Ты не знаешь, на что он способен.
– Знаешь… я все это время внимательно смотрела и думаю, что представляю, на что Лео способен.
– Он непредсказуем…
– Я знаю.
– Все время рядом с ним ты будешь на взводе.
– Это я тоже знаю, – я тяжело выдохнула. – Если честно… я уже как-то привыкла лавировать вокруг его ебанутого нрава. Со мной все будет в порядке.
– Моник… ты не можешь идти…
– Я должна.
– Нет… – в его глазах блестели слезы, подсвеченные тусклым светом в коридоре, и впервые я увидела в нем мальчишку за образом Хозяина Горы. Того самого мальчишку, которого воспитала боль и жестокость, но у которого все равно было сердце, бьющееся так яростно ради тех, кого он любил.
Лэй сражался внутри самого себя, и это буквально убивало его.
– Лэй… – я прижалась лбом к его лбу, вдыхая его запах, чувствуя его тепло, его страх. – Я должна идти. Мы не можем позволить кому-то умереть этой ночью только потому, что ты не хочешь, чтобы я уходила. Это было бы так эгоистично, а ты не такой человек, и я тоже не такая.
Он закрыл глаза.
– А что, если…
– Что? – я отступила назад. – Что, Лэй?
– Может быть, мне стоит просто позволить Диме и Роуз умереть.
Нет. Нет. Нет.
Эти слова пронзили меня ледяным ужасом, застывшим между нами в воздухе.
Становилось трудно, блять, дышать, но как-то я все-таки продолжала это делать.
И все равно мои глаза распахнулись от шока, и я увидела, как на его лице промелькнуло стыдливое выражение, как вина начала наваливаться на его плечи тяжелым грузом.
– Лэй… – я даже не знала, что еще сказать.
Одна только мысль о том, что он вообще допустил для себя возможность позволить Диме и Роуз умереть ради того, чтобы сохранить мне жизнь, потрясала меня до глубины души.