– Именно так, – Лео еще шире растянул улыбку. – Но сокровище – это ключ, сынок. Ключ, чтобы открыть дверь ко всему остальному. И как только оно будет найдено, оно станет толчком для всего остального. Власть, земля, богатство... все это уже там, и все это ждет, когда синдикат «Алмаз» придет и заберет свое.
Я подумала и о другой стороне этого.
– И... любые тайны, связанные с Кровавой неделей в Краунсвилле, скорее всего, тоже всплывут наружу.
И тут Тин-Тин улыбнулась:
– И тогда, может быть, призраки уйдут и наконец-то обретут покой из-за этого.
– Возможно, – усмехнулся Лео. – Самое что ни на есть возможно. Я бывал у Озера Грез ночью. Когда я впервые приехал сюда, мне было негде спать, и я ночевал прямо на скамейке у озера.
У Тин-Тин глаза стали круглыми:
– И ты видел призраков?
– Нет. Я их только чувствовал. Они шептали мне, но я почти ничего не понимал. Тогда мой английский был не таким хорошим, а они говорили слишком быстро.
Я приоткрыла губы.
– Но эти призраки никогда меня не трогали. Позже меня на той скамейке нашел Кеннет Джонс, и он был в шоке, что я до сих пор жив.
Тин-Тин повернулась к нему:
– Почему?
– Ночью призраки преследуют всех, кто не из «Воронов Убийц» и не из рода Джонсов. И это совсем не дружелюбные призраки. Они издеваются над людьми и доводят их до смерти.
Я уставилась на карту.
Лео вздохнул:
– Кеннет тогда сказал мне прийти в его особняк и спать внутри, но он еще сказал, что...
Я снова посмотрела на Лео.
– Он сказал, что у призраков, скорее всего, есть какой-то план для меня или для моей семьи. Именно поэтому они меня не тронули, – Лео покачал головой. – Я тогда не придал этому значения, потому что после того случая больше никогда не был у озера ночью. Даже не подумал об этом, когда Шанель принесла Лэю кинжал на его церемонии посвящения, сказав, что призраки хотят, чтобы он его получил.
Что?..
Я напряглась.
– Только много, много позже, когда Лэй начал бывать на территории Джонсов по ночам, когда он стал получать все больше кинжалов и... призраки так и не стали его трогать, я понял... может быть, просто может быть, призраки давно оставили меня в покое из-за Лэя, – потом Лео поднял руку и постучал пальцем по виску. – Но зачем им защищать Лэя? Зачем было давать ему кусочки головоломки, которая в итоге окажется картой сокровищ? Моему сыну ведь вообще было плевать и на кинжалы, и на какие-то сокровища, так почему именно Лэй их получал? Может быть, потому что они знали, что с ним кинжалы будут в безопасности? Или...
Я неловко поежилась:
– Или?..
Лео указал пальцем на Тин-Тин:
– Или они знали, что однажды эти кинжалы окажутся у этой умной маленькой девочки, у которой в сердце живет искреннее желание найти сокровище Бандитки и раскрыть все, что с ними тогда сделали? У девочки, в чьих жилах течет кровь Джонсов.
У меня скрутило живот.
– Конечно, это все лишь догадки, но... когда озеро осушат, все станет только интереснее, – Лео медленно выдохнул. – Думаю, вам стоит отправить Тин-Тин к Озеру Грез ночью и посмотреть, не выйдет ли Бандитка, чтобы поговорить с ней.
У Тин-Тин от удивления открылись губы, она выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок:
– О боже! А можно, Мони?