Шеф Фу тепло улыбнулся публике и взял микрофон:
– Спасибо, Хозяйка Горы.
– Не называйте маленькую Моник так! – тетя Бетти махнула рукой. – У нее и так всегда голова была слишком большая! Нам совсем не нужно, чтобы она стала еще больше!
Некоторые из банды Роу-стрит и друзья тети Бетти рассмеялись.
Джо хихикнула:
– Вот теперь я понимаю, на чем сидит тетя Бетти.
Я приподнял брови:
– На чем?
Моник прошептала:
– На коньяке.
– А, ясно. – Я взглянул на тетю Бетти, и она подняла бокал с коричневым алкоголем.
– Дамы и господа, – гладкий голос шефа Фу раздался в воздухе, – спасибо, что включили меня в это соревнование…
– А ты одинока? – выкрикнула тетя Бетти. – Спрашиваю для друга.
В этот момент одна из ее подруг покраснела и попыталась спрятаться за другую.
– О боже, – Моник покачала головой. – Это сейчас будет полный пиздец.
– Блять, мне нужен микрофон! – тетя Бетти дала пять Ганнеру, который тоже держал большой стакан с коричневым алкоголем. – Эти ублюдки должны выписывать мне чек за мое выступление.
Диджей Хендрикс взял микрофон:
– Ладно, народ. Мы все голодные, так что давайте проявим уважение и поубавим шум.
Тетя Бетти рассмеялась, но больше ничего не сказала.
Мони прошептала мне:
– Больше никаких этих шашлыков.
На сцене заговорил шеф Фу.
– Сегодня у меня честь представить вам три блюда, которые отражают богатую историю и вкус китайского барбекю.
Мой желудок заурчал.
Шеф Фу посмотрел на толпу.
– Многие даже не представляют, насколько барбекю важно для китайской кухни. Это не те грудинки и свиная вырезка, к которым привыкли в Штатах, а нечто глубоко укоренившееся в культуре, скорее опыт, чем просто еда.
Мони наклонилась к Джо.
– Сейчас он будет готовить для нас. Ты можешь в это поверить? У нас есть шеф.
– Слушай, – Джо подняла руки, чтобы дать Мони пять, – твоя распущенность не знает границ.
Мони не дала ей пять.