Она хихикнула:
– А чего ты так губы облизываешь?
Я наклонился ближе и прошептал ей на ухо:
– Потому что я прямо сейчас хочу тебя выебать.
– Я бы отвела тебя в свою комнату и устроила это, но у нас серьезная миссия…
– Нет, у нас ее нет.
– Мы в жюри.
Голос диджея Хендрикса загремел в микрофон:
– Эй, тусовщики! Все, кто отрывается на танцполе, возвращайтесь на свои места, потому что мы запускаем Гриль-баттл! Шефы, пожалуйста, поднимайтесь на сцену!
Я снова посмотрел на Моник, а потом незаметно скользнул взглядом вниз, к ее груди.
– Давай просто найдем кого-нибудь на замену…
– Ни за что. Это уважаемая судейская должность. Потерпи, малыш. – Она снова тихо засмеялась и мягко поцеловала меня в щеку.
Это было сладко, но мне было мало.
Я даже не оглянулся, чтобы понять, что происходит вокруг. Тепло ее губ все еще жило на моих.
Не раздумывая, я аккуратно взял ее за запястье.
Она распахнула глаза:
– Что?
– А теперь, друзья, – диджей Хендрикс убавил музыку, – давайте познакомимся с нашими судьями!
Я притянул ее ближе, отпустил запястье, взял ладонью ее лицо и поцеловал глубоко.
Она застонала мне в губы.
Диджей Хендрикс откашлялся в микрофон:
– Простите, уважаемые судьи! Нам не хочется прерывать страстные моменты, но…
Моник отстранилась от моих губ.
Я усмехнулся:
– Вернись обратно.
– Нет. – Моник отодвинула стул. – Лэй, на нас все смотрят.
Некоторые из зрителей заорали.
Кто-то свистнул.
Диджей Хендрикс что-то начал говорить, но я полностью его проигнорировал и тихо прошептал:
– После Гриль-баттла я заберу тебя и выебу.