Когда я, наконец, отстранилась, наши губы остались в каких-то сантиметрах друг от друга.
Я прошептала:
– Если ты на каждое оскорбление отвечаешь насилием, это не любовь, Лэй. Это страх, а страх не склеит нас вместе.
– Я едва понимаю, о чем ты говоришь. Все это... чуждо тому, как меня воспитывали.
– Вот почему ты не такой, как Лео. У тебя внутри есть и твоя мама, и ты всегда готов меня выслушать и меняться.
Впервые с тех пор, как он вошел в библиотеку, на его лице появилась усмешка.
– Да ну?
– Да. Ты собираешься всегда меня слушать, потому что я самый умный человек, которого ты знаешь.
Его усмешка расплылась в настоящую улыбку.
– Самый умный человек, которого я знаю, да?
– Абсолютно.
Он наклонился ближе, прошептав у моих губ:
– А если я скажу, что именно это я люблю в тебе больше всего?
Сердце затрепетало от его слов.
– Тогда я скажу, что у тебя безупречный вкус.
На этот раз его губы встретились с моими в поцелуе, таком глубоком и нежном, в поцелуе, в котором было все: через что мы прошли, вся боль и вся страсть, все страхи и вся надежда.
Пока наши губы двигались в унисон, я чувствовала, как внутри разливается тепло, вытесняя тот холодный ужас, что поселился в груди после его слов о смерти.
Он отпустил мою талию и взял лицо в ладони так, будто боялся, что я исчезну, если он не будет держать меня крепко.
Господи, я до безумия влюблена в него.
Его поцелуй стал глубже, настойчивее, словно он пытался через одно простое движение передать все, что чувствовал ко мне.
И я ответила ему, вложив в этот поцелуй все свои эмоции, давая понять без слов, что я понимаю, что я с ним, что мы справимся с чем угодно – вместе.
Я просто хотела, чтобы он утонул в моей любви и отпустил всю эту ебаную ненависть.
Когда мы наконец немного отстранились, он прижал лоб к моему.
А я пыталась перевести дыхание.
Губы горели от силы поцелуя, но я видела только одно – его взгляд. Такой, в котором читалось: он тоже все это почувствовал. Он был так же потерян во мне, как и я в нем.
– Лэй, – прошептала я.
– Да?
– Ты правда хочешь отомстить и лишиться всего этого?
Он напрягся в моих объятиях.
– Этого?