Тихий космос: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не базу. Технические тоннели. Представьте: километры узких коридоров под базой, где проходят все коммуникации. И вдруг туда хлынули тысячи литров воды под давлением. В лунной гравитации вода ведет себя непредсказуемо — то поднимается к потолку, то образует огромные пузыри, которые лопаются и обдают тебя ледяными брызгами.

— А вы в этот момент были в тоннелях? — ужаснулась Ребекка.

— В самом дальнем. В трех километрах от ближайшего выхода. Жорж говорит: «Сэм, мальчик, нам нужно перекрыть магистральный вентиль, иначе база останется без воды». А я отвечаю: «Жорж, старик, нам нужно убираться отсюда, иначе мы утонем». А он: «Глупости. Люди не тонут в технических тоннелях. Это противоречит инструкции по технике безопасности».

Сэм рассмеялся, но в его смехе слышалась грусть.

— Мы спорили пять минут, стоя по колено в ледяной воде. Потом уровень поднялся до пояса, и спорить стало некогда. Мы добрались до аварийного вентиля — он был у самого пола затопленного тоннеля. Кто-то должен был нырнуть и закрыть его вручную.

— И ты нырнул? — спросил Итан.

— Мы остались там вместе. Жорж сказал: «Четыре руки лучше двух, а два дурака лучше одного». Вода была до чертиков холодной, видимость нулевая, а вентиль заело от коррозии. Мы работали на ощупь, по очереди ныряя к вентилю. И все это время ругались. Я кричал, что он старый идиот. Он кричал, что я молодой идиот. Вода кричала громче нас обоих.

Сэм замолчал, глядя в свой бокал.

— Но мы закрыли вентиль. Добрались до выхода. База была спасена. А через месяц Жорж умер от сердечного приступа. Просто упал за рабочим столом и все.

— Сожалеешь, что не убедил его уйти раньше? — тихо спросила Ребекка.

— Наоборот, — Сэм поднял голову. — Я благодарен ему. Он научил меня главному принципу: любую систему можно починить, если понимать, как она работает. С людьми сложнее, но принцип тот же — нужно знать, что у них болит. Не нужно быть гением или героем. Нужно просто понимать, что делаешь, и делать это до конца. Даже если приходится ругаться с напарником по пояс в холодной воде.

Ребекка долго молчала, поворачивая в руках почти полный бокал. Потом тихо сказала:

— «Последний сад в Бостоне».

Все посмотрели на нее с удивлением.

— Не медицинская история? — спросил Дэн.

— Нет. Личная. — Ребекка улыбнулась. — Хотя связана с медициной тоже. Кто-нибудь помнит проект «Архив Биоса»?

— Что-то слышал, — сказал капитан Хейл. — Попытка сохранить генетический материал всех земных видов перед климатическими изменениями?

— Именно. В 2230 году, когда стало понятно, что глобальное потепление необратимо, группа ученых и волонтеров создала сеть криохранилищ. Одно из них располагалось в старом бункере под затопленным Бостоном. Я была одним из волонтеров.

Ребекка отпила вина и продолжила.

— Это было не просто хранилище образцов ДНК. Мы пытались сохранить целые экосистемы. Семена, споры, личинки насекомых, бактериальные культуры. Все, что могло бы когда-нибудь помочь восстановить потерянное биоразнообразие.

— Звучит как важная работа, — заметил Итан.

— Важная, но безумная. Бункер располагался на глубине сорок метров, под городом, который уже на четверть ушел под воду. Каждый день мы спускались туда на лифтах, которые скрипели как старые ворота, работали в полутьме с образцами, которые могли быть последними в своем роде, а потом поднимались наверх, где нас встречала реальность затопленных улиц и мертвых парков.

— И что случилось? — спросила Кэм.

— Ураган «Катарина». Категория шесть, первый в истории. Дамбы не выдержали, и еще половина города ушла под воду за одну ночь. Включая входы в наш бункер.

Ребекка замолчала, глядя в иллюминатор.

— Нас было двенадцать человек в бункере, когда началось затопление. Связь с поверхностью пропала, основное питание отключилось, аварийные генераторы работали на пределе. И у нас было четыре часа, чтобы эвакуировать архив.

— Четыре часа на сорок лет работы? — ужаснулся Сэм.

— Мы разделились на цепочки. Один человек упаковывал самые критичные образцы, остальные передавали контейнеры по цепочке к единственному работающему лифту. Никто не паниковал, никто не кричал. Мы просто работали в полной тишине, понимая, что каждый спасенный контейнер — это тысячи видов, которые не исчезнут навсегда.

— И вы успели?

— Мы спасли семьдесят процентов архива. — В голосе Ребекки послышалась гордость. — После того, как подняли последний контейнер, лифт окончательно заглох. Но мы это сделали.