— Сколько времени назад это было записано? — спросил Итан.
— Судя по радиоактивному распаду изотопов… около пятнадцати тысяч лет назад, — ответил голос Дэна из динамика.
— Пятнадцать тысяч лет, — повторил Итан. — Они мертвы пятнадцать тысяч лет.
— А их послание все еще звучит, — добавила Кэм.
Они стояли в подземном бункере мертвого мира и слушали голоса тех, кого уже не было. И каждое слово было просьбой — помните нас, помните, что мы были.
— Они оставили это для нас, — сказал Итан. — Для тех, кто придет после.
— Да, — согласилась Кэм. — Они верили, что кто-то придет.
— И мы пришли.
— Да. Пришли.
Но это не было триумфом. Это было… чем-то другим. Печальным. Важным. Но не триумфом.
Они вернулись на поверхность молча. Солнце садилось за горизонт, окрашивая мертвый город в кроваво-красные тона. Радиоактивные молнии по-прежнему полыхали в небе.
— Кэм, — сказал Итан, когда они дошли до «Кондора». — Что, если это наше будущее?
Кэм остановилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну… они были, как мы. У них были города, семьи, космические корабли. Они дошли до звезд, раз построили этот комплекс. И все равно… — он махнул рукой на разрушенный город. — Все равно уничтожили себя.
— Не знаю, что их погубило, — сказала Кэм. — Может быть, война. Может быть, несчастный случай.
— А если это неизбежно? — Итан повернулся к ней. — Если каждая цивилизация, дойдя до определенного уровня, уничтожает себя? Если мы обречены повторить их путь?
Кэм долго молчала.
— Ты знаешь, что сказал бы Ли Вэй? — спросила она наконец.
— Что?
— Он сказал бы: «А может, и нет». — Кэм улыбнулась грустно. — Мы не знаем их истории. Не знаем, что пошло не так. Может быть, они были глупее нас. Может быть, мы умнее.
— А может быть, нет, — ответил Итан.
— Да. Может быть, нет.
Они стояли среди развалин и смотрели на закат над мертвым миром.
— Но знаешь, что? — сказала Кэм. — Они оставили послание. Даже умирая, они верили, что кто-то придет. Что их история не закончится с их смертью.
— И?
— И мы пришли. Мы их помним. Разве это не важно?
Итан подумал.
— Важно, — согласился он. — Но это не спасет нас от повторения их ошибок.
— Нет, — согласилась Кэм. — Не спасет. Но даст шанс.