— Помню. И не жалею.
— А я пожалею о многом, — говорю я. — Но не о том, что буду драться за справедливость.
Он направляется к двери, Скобеев за ним.
— Увидимся в суде, коллега, — говорит адвокат Руслана Мензурову.
— С удовольствием, — отвечает Тихон.
Дверь закрывается, и я остаюсь наедине со своим адвокатом.
— Ну что, — говорю я, — будете меня защищать от этих акул?
— Буду, — кивает он. — И знаете что? Ваш муж совершил ошибку.
— Какую?
— Недооценил вас. А это в бракоразводных процессах смертельно опасно.
Я смотрю на него и вдруг понимаю: да, может быть, Руслан меня недооценил. Может быть, он привык к покорной жене, которая соглашается на всё. Но я изменилась. Война меня изменила.
— Тихон Аркадьевич, — говорю я, — а, правда, что вы можете вытащить любое дело?
— Не любое, — честно отвечает он. — Но ваше — смогу. У нас есть все шансы на победу.
— Тогда начинаем готовиться к бою?
— Уже начали, — улыбается он. — С сегодняшнего дня.
Я выхожу из офиса со странным чувством. С одной стороны, страшно — впереди долгая судебная тягомотина. С другой — я почему-то уверена, что справлюсь. Должна справиться. Ради себя, ради Савелия, ради справедливости.
Руслан думает, что я сломаюсь? Ошибается. Я только начинаю сражаться.
На парковке возле офиса Руслан ждёт меня у моей машины. Стоит, прислонившись к капоту, курит. Когда он успел снова начать курить? Бросил ведь пять лет назад.
— Поговорим? — говорит он, когда я подхожу.
— О чем тут говорить? — отвечаю я, доставая ключи. — Всё уже сказано.
— Не всё.
Он затягивается сигаретой, и я вижу, как немного дрожат его пальцы. Нервничает? Или просто холодно?
— Слушаю, — говорю я, но к машине не подхожу. Держу дистанцию.
— Это безумие, Злата. Судебные тяжбы затянутся на месяцы. Адвокаты обдерут нас обоих как липку.
— Ты об этом должен был подумать раньше.
— Я думал, ты будешь разумной.
Я смеюсь. Даже самой смешно от этого звука — такой истеричный получается.
— Разумной? Это блин когда примерная жена после двенадцати лет брака соглашается на подачки?
— Это не подачки, — он бросает сигарету и давит её каблуком. — Я обеспечу тебя и Савелия. Дам денег на квартиру, на жизнь.
— Сколько? — спрашиваю я прямо. — Назови сумму.