— Ты изменилась.
— Мы все изменились, — отвечаю я. — Вопрос в том, в лучшую сторону или в худшую.
Руслан медленно кивает:
— Значит, завтра я перееду домой?
— Завтра? — я задумываюсь. — Приезжай сегодня. Собирай вещи и приезжай. А завтра с утра поедешь на работу уже из дома. — Я иду к двери, останавливаюсь на пороге и протягиваю ему ключ от входной двери. — И Руслан?
— Да?
— Найди хорошего семейного психолога. Нам есть над чем работать.
— Найду, — обещает он. — Обязательно найду.
Руслан уезжает собирать вещи на съёмной квартире. Савелий уходит в школу. А я весь оставшийся день хожу как в тумане, пытаясь понять, что, чёрт возьми, я наделала. То я злюсь на себя за слабость, то представляю, как мы будем жить дальше, и становится страшно.
А что, если не получится? Что, если мы опять причиним боль друг другу и Савелию?
К вечеру я совсем извожу себя сомнениями. А чтобы хоть как-то отвлечься решаю испечь на ужин яблочный пирог с корицей.
После девяти укладываю сына спать и сажусь в гостиной с чашкой чая, пытаясь привести свои беспокойные мысли в порядок. Вдруг слышу знакомый шум колёс подъезжающей машины. Выглядываю в окно.
Руслан берёт сумку, выходит из машины и медленно идёт к двери. У порога останавливается, достаёт ключи. Находит на связке тот, который я дала ему сегодня, вставляет его в замок, поворачивает. Дверь открывается тихо, без скрипа. Руслан переступает порог и замирает.
Дома пахнет ванилью и корицей. Пахнет жизнью, семьёй, тем, что он чуть было не потерял навсегда.
— Я вернулся, — шепчет он, увидев меня.
И впервые за много месяцев у меня приятное чувство, что мой муж наконец-то дома.
Глава 33: Это не развод, а новое начало
Рассвет пробивается сквозь кухонные занавески, окрашивая всё вокруг в мягкие золотистые тона. Я стою у окна, держа в руках чашку кофе, и смотрю, как просыпается город. Полгода. Полгода интенсивной работы с психологом, честных разговоров, ссор, примирений и медленного восстановления доверия.
— О чём ты думаешь? — голос Руслана звучит за моей спиной тихо, почти нежно.
Я оборачиваюсь. Он сидит за кухонным столом, локти на столешнице, подбородок на сложенных руках. Выглядит усталым, но в его глазах нет той холодности, которая была раньше. Есть что-то другое — внимание, забота, желание понять.
— О нас, — отвечаю я честно. — О том, как мы сюда добрались.
— К кухонному столу в семь утра? — усмехается он, но в голосе нет сарказма.
— К тому, что можем сидеть за этим столом и не хотеть убить друг друга.
Руслан встаёт, подходит ко мне. Останавливается рядом, не касаясь, но я чувствую тепло его тела.
— Мы изменились, да? — говорит он, глядя в окно.
— Кардинально, — соглашаюсь я. — Ты больше не тот закрытый придурок, который боялся показать, что у него есть чувства.
— А ты больше не та стерва, которая копила обиды годами, а потом взрывалась как граната.
Мы смеёмся. Господи, когда я в последний раз смеялась с этим мужчиной? Не помню.
— Знаешь, что самое странное? — поворачиваюсь я к нему лицом. — Я думала, что мы пытаемся вернуть то, что было. А мы создали что-то совершенно новое.
Руслан кивает: