Вечером еду забирать Савелия из школы. В зеркале заднего вида вижу знакомую машину — серый "Мерседес". Он едет за мной уже третий квартал. Детектив или сам Руслан?
— Мам, а почему за нами едет папина машина? — спрашивает Савелий, оборачиваясь.
Проклятье. Значит, всё-таки сам.
— Не знаю, сынок. Может, просто случайность.
— Да ладно, мам. Он уже полчаса за нами тащится. Может, подъедем к нему, поговорим?
— Нет! — резко отвечаю я. — Никаких разговоров с отцом. Понял?
Савелий молчит, но по его лицу вижу — он расстроен. Господи, что же мы делаем. Ребёнок опять страдает из-за нашей войны.
Дома захожу на кухню, начинаю готовить ужин. Руки трясутся — то ли от злости, то ли от нервов. Режу овощи для салата и думаю: может, зря я придумала этого любовника? Нет, пусть знает, каково это — ревновать до умопомрачения.
Телефон опять звонит. Руслан. Сброс.
Через минуту — снова.
— Алло! — срываюсь я.
— Злата, мне нужно с тобой поговорить.
— Не о чем нам говорить.
— Есть о чём. Я знаю, что у тебя кто-то есть.
— И что? — издеваюсь я. — Ревнуешь?
Молчание. Потом его голос, хриплый от ярости:
— Кто он?
— А тебе какая разница? Ты же хотел развод.
— Отвечай, какого хрена! Кто этот мерзавец?
— Не твоё собачье дело, Руслан.
— Я узнаю всё равно. Мой детектив уже работает.
— Твой детектив может идти лесом вместе с тобой.
— Злата, если ты думаешь, что я позволю какому-то ублюдку...
— Заткнись! — кричу я. — Заткнись уже, наконец! Ты потерял право что-то мне запрещать в тот момент, когда завёл себе эту шлюху!
— Я с ней покончил!
— Плевать мне на твои отношения с архитекторшей!
— Я порвал с Виолеттой! Понимаешь? Всё кончено между нами!
Что? Вот это поворот. Неужели, правда? Или опять врёт?
— И что это меняет? — стараюсь я говорить равнодушно.
— Всё меняет. Злата, мы можем всё исправить.