Инструктор широко улыбнулся:
– Вот так-то лучше!
Чего бы Зал ни ожидал от школы дорожного движения, это было не то, и холодная дрожь опасения пробежала по спине, когда он взглянул на одногруппников. Однако остальная часть урока оказалась более нормальной, чем можно было предположить после культового песнопения. Инструктор действительно разбирал причины, по которым каждый из присутствующих получил штраф, объясняя, как следует действовать в подобных ситуациях. Учащиеся заполняли рабочие тетради, решая гипотетические задачи как индивидуально, так и в малых группах.
После обеда мистер Форд прочитал лекцию о типичных ошибках водителей и поделился стратегиями решения таких проблем, как агрессия на дороге, усталость за рулем и несоответствие скорости движения потоку.
И все было бы хорошо, если бы после обеда он снова не устроил что-то странное: раздал ксерокопии текста песни, восхваляющей достоинства Автоинспекции, на мотив Twinkle, Twinkle, Little Star[8]. После четырех попыток группа все же исполнила песню удовлетворительно, чтобы получить подписанные и проштампованные бланки, после чего их отпустили.
Но, похоже, проверка на внимательность продолжалась и после урока: у выхода из здания суда стояла патрульная машина, готовая остановить любого, кто совершит нарушение. Зал аккуратно проехал мимо, на пять миль ниже разрешенной скорости, и не расслабился, пока не оказался почти у дома.
Ранний ужин из овсяных хлопьев, просмотр низкобюджетного боевика на местном телеканале – все было как обычно. Потом Зал решил посмотреть, во что сейчас играют его друзья. «Штурм Альтаира» уже закончился, но Юнг и Хавьер вот уже два часа играли в «Зомби ВВС – 2» – старую, но все еще увлекательную игру. Зал собирался к ним присоединиться, когда на экране внезапно появилось сообщение.
Сначала он решил, что это один из друзей, но, прочитав текст, понял: сообщение было от ДТС. Или, что вероятнее, автоматически сгенерировано одной из программ Автоинспекции.
«Мистер Томбасян!
Благодарим Вас за подписание Соглашения о неразглашении информации Департамента автотранспорта в рамках подготовки к работе в онлайновых системах расписания, выдачи разрешений и лицензий Департамента. Поздравляем вас также с успешным завершением курса обучения поведенческим навыкам!
Мы ценим вас.
Департамент автотранспорта».
Справа от Зала внезапно ожил принтер, заставив его вздрогнуть от неожиданности. Он вскочил, глядя, как из устройства выскальзывает лист бумаги. Протянув руку, Зал осторожно взял его.
Это оказался сертификат с фигурной окантовкой, обрамляющей текст в центре листа. В верхней части жирным каллиграфическим шрифтом было напечатано его имя «ЗАЛ ТОМБАСЯН». Ниже, более простым шрифтом, располагалась надпись «ТЫ СУПЕРСТАР!». С обеих сторон этой странной детской фразы были напечатаны желтые звезды с улыбающимися мордашками.
Принтер издал тихий щелчок и выключился.
Зал сидел, уставившись на сертификат. Что это было? Зачем ему выдали это… «поощрение»? Шутка от Автоинспекции? Или они всерьез пытаются таким образом создавать позитивный имидж?
Он покачал головой и, отложив листок в сторону, решил не ломать над этим голову. Лучше провести остаток дня за игрой.
Глава 12
Была середина дня, и Тодд чувствовал себя неуютно.
Обычно его охватывало беспокойство после выхода новой книги. Даже если он уже погрузился в работу над чем-то еще, дни казались ему бесцельными, словно он не знал, чем себя занять. Нередко он заполнял пустоту, вспоминая людей из прошлого: друга из третьего класса, школьного хулигана, угрожавшего ему когда-то, девушку, с которой он однажды встречался в колледже. Каждый раз, погружаясь в эти воспоминания, он задавался вопросом: «Что, если?» Что, если бы он продолжил общение с ними? Что, если бы его жизнь пошла другим путем? Эти размышления неизбежно вгоняли его в уныние. Не из-за того, кем он стал или где находился сейчас, – он, без сомнения, знал, что живет той жизнью, которая ему предназначена. Причина была в другом. Тодда угнетало осознание того, как сузились его возможности, как время лишило его того, что раньше казалось бескрайним потенциалом. Он был тем, кто он есть, и ничего не мог с этим поделать.
Тодд поднялся и пошел на кухню. Открыв холодильник, он с надеждой оглядел полки в поисках чего-нибудь съестного. Но аппетита не было, а содержимое холодильника не вдохновляло. Тогда он вышел на улицу, решив немного прогуляться. Пройдя полквартала, он понял, что прогулка не приносит удовольствия. Вернувшись домой, Тодд налил себе стакан воды и решил проверить почту.
Первое письмо, полученное менее часа назад, оказалось от его издателя. Не от Кайлы или его редактора, а от Карен Хеллер, президента издательства. Она просила Тодда написать отзыв для книги начинающего автора.
Тодд редко соглашался на такие просьбы, но если и делал это, то с чувством признательности за оказанное доверие. Однако в этот раз он отказался наотрез. Книга была мемуарами молодой женщины, претерпевшей ужасы жизни с жестоким отцом, затем ставшей стриптизершей и наркоманкой и к двадцати пяти годам успевшей, стать колумнисткой для модного сайта и в итоге написать эту книгу.
Тодду все это казалось чересчур. Еще в колледже он знал множество действительно талантливых писателей, которые до сих пор оставались неопубликованными. Наблюдать, как признание достается людям не за мастерство, а за удачную историю жизни или громкие заголовки, всегда вызывало у него раздражение. Поэтому он ответил Карен, что слишком занят, и вернулся к проверке остальной почты.
Спам. Еще спам. Запрос на подписанную книгу для благотворительного аукциона. Опять спам. И… рецензия Робинсона.
Это письмо было не от самого Робинсона и не от издательства. Его переслал администратор фан-сайта – плохой знак. Вздохнув, Тодд открыл файл и начал читать:
«Первое, что бросается в глаза при чтении нового романа Тодда Клейна, – это то, что, даже написав шесть книг, некто так и не научился начинать роман с чего-то, что действительно захватывает читателя».
Тодд усмехнулся.
Некто.
Он вдруг вспомнил, как Робинсон даже в обыденной речи вместо «вы» или «он», как говорил бы любой другой человек, использовал слово «некто». Вместо «Когда вы идете на пляж, вы должны проверить приливные течения» он неизменно говорил: «Когда некто идет на пляж, то должен проверить приливные течения». Тодду всегда казалось это странным. Как человек, который сам с трудом излагает мысли, может заниматься литературной критикой? Будто избегая личных местоимений, Робинсон пытался возвысить свои слова до статуса непреложной истины, а не просто мнения.
[8] Twinkle, Twinkle, Little Star – английская колыбельная, текст которой восходит к стихотворению The Star («Звезда»), написанному в начале XIX века английской поэтессой Джейн Тейлор.