Он мигом соскочил вниз. Запах сырости и гнили тут же ударил ему в нос. Харкер поджидал его с горящим факелом. Взгляд у него был угрюмый, но он не произнёс ни слова. Хоть он и был довольно рослым парнем, но всё равно походил на карлика рядом с Крэмом, который возвышался над ним, словно здоровенный медведь.
– Капитанскую каюту осмотрели? – прорычал Крэм.
– Оставили для тебя, как всегда. Она на пару ступенек выше палубы – может, там и сухо.
Харкер прошёл вперёд, через широкое, смердящее помещение, где гамаки висели рядами, словно захлебнувшиеся летучие мыши. Люди Крэма толкались между ними, роясь в промокших тюках с вещами.
Как обычно бывает на таких спасательных судах, капитанская каюта – единственное место, где можно уединиться. Она находилась на приподнятой платформе, врезанной в корму. Тяжёлой, неспешной поступью Крэм подошёл к двери. Она была заперта. За ней царила тишина.
Крэм достал свой топор. Он кивнул Харкеру, чтобы тот был наготове, и со всей силы ударил в дверь ногой. Хлипкий замок поддался, и дверь распахнулась, грохнув о стену каюты. Крэм окинул комнату взглядом, мгновенно оценив обстановку.
Слабый свет пробивался сквозь заляпанные морской солью окна. Несколько книг в кожаных переплётах валялось на ковре, покрывавшем дощатый пол нижней палубы. На столе под окнами царил беспорядок. Ящики выдвинуты. Изящные новомодные инструменты, которыми Крэм никогда не стал бы пользоваться, свалены в кучу как попало.
Значит, капитан ушёл в спешке, не захватив с собой ничего, однако он не забыл запереть дверь. Здесь наверняка найдётся немало ценного, – подумал Крэм и сразу оживился.
Он сунул топор обратно за пояс, подошёл к столу, громыхая сапогами, и принялся рыться в ящиках. Никакого золота здесь, конечно, не было. Матросам Свободного Ландовела платили кредитами. Зато нашлось две коробки патронов, а это уже кое-что! В сокровищнице на Скале предостаточно стволов, но оружие бесполезно без…
– Крэм! – гаркнул Харкер.
Крэм обернулся, грозно нахмурившись. Харкер стоял в дверях каюты. Он мотнул головой в сторону койки, привинченной к стене напротив стола.
Крэм проследил за его взглядом и замер.
На узкой койке, прикрывшись одеялом и сжавшись в комок, сидел мальчик. На вид ему было лет одиннадцать или двенадцать. У него были тёмные волосы, одет он был в белую рубашку, не по размеру большую. Он сидел так неподвижно, что сошёл бы за восковую куклу, если бы не огромные, почерневшие от страха глаза.
Крэм остолбенел, но быстро овладел собой.
– И что? – рявкнул он.
– Я думал, ты его не заметил, – сказал Харкер, предусмотрительно сдержав ухмылку.
– Конечно, заметил, – проворчал Крэм. – Тащи его на «Ястреба» и посади на цепь! Хоть одного привезём на Скалу.
Харкер подошёл к койке и отдёрнул одеяло. Мальчик вздрогнул от боли, но не издал ни звука. Его левая рука была покрыта шрамами и изувечена, кисть застыла в виде когтя.
– Этот для работы не годится, Крэм, – сказал Харкер. – Рука у него не гнётся. Бракованный какой-то.
Крэм пожал плечами.
– Тогда прикончи его.
Харкер выхватил кинжал. Крэм развернулся было к столу, но краем глаза заметил, что мальчик прижимал к груди. Это была раскрытая книга.
– Стой! – рявкнул он.
Харкер удивлённо оглянулся. Крэм оттолкнул его и встал рядом с койкой. Мальчик поднял глаза на огромную косматую фигуру, нависшую над ним, но даже сейчас не издал ни звука.
– Ты умеешь читать? – прорычал Крэм, ткнув корявым пальцем в книгу.
Мальчик заколебался, потом кивнул.
– Никто в Истинном Ландовеле не умеет читать, – усмехнулся Харкер. – Книги вне закона.
– Может, мама и папа научили его тайком, – сказал Крэм. – Они ведь были на этом корабле, так? Законопослушные граждане Истинного Ландовела не стремятся сбежать на нечестивый юг! – Он рассмеялся и снова ткнул пальцем в книгу. – Ну так читай, оборвыш! – приказал он. – И если это враньё, я с тебя шкуру спущу.
Мальчик наклонил книгу, чтобы ему было видно открытые страницы, и начал читать.
– Гражданская война, которой суждено было разделить остров Ландовел на два враждебных государства – Истинный Ландовел и Свободный Ландовел, – разгорелась после смерти Освальда Весёлого…