Женщина поморщилась то ли от досады, то ли от жалости, то ли от отвращения, Дерри не знал. В следующее же мгновение это выражение исчезло с её лица, и она повернулась к двери. Звук, донёсшийся снизу, заставил её вздрогнуть. Возможно, она всё это время прислушивалась, с ужасом ожидая его. Теперь Крэм и Дерри тоже его услышали.
Ворота снова поднимались. На этот раз крики смешались со скрежетом металла и дребезжанием цепей.
– Стоять! – орал Харкер с галереи. – Стоять, мерзавцы, или это будет ваш последний день на земле!
Крэм схватил топор, бросился мимо женщины и рывком распахнул дверь.
Харкер свесился через балюстраду.
– Вратники сошли с ума! – крикнул он, когда Крэм присоединился к нему. – Они снова подняли ворота! Впускают другой корабль! Вон – видишь? Двое на борту!
– Шол! Маллок! Грабб! – прорычал Крэм. – Убейте их! Да что с вами такое? Убейте их!
Снизу доносились испуганные крики и причитания.
– Они поднимаются! – прорычал Крэм, вытянув шею, чтобы посмотреть. – Явились за сокровищами, будь они прокляты! Но их только двое! Куда подевались надсмотрщики? А команда? Почему они отступают? Клянусь кровью Эль, это заговор, Харкер! Это мятеж!
Проклиная всё на свете, Харкер бросился к лестнице. Крэм последовал было за ним, но потом повернулся и ринулся в другую сторону, к Котлу.
– Они нашли меня, – прошептала женщина.
Крики и громогласные приказы оборвались. Были слышны только шаги двух пар ног на лестнице. Они приближались, размеренные, неумолимые и зловещие, словно стук чёрно-золотых часов.
Женщина бросила взгляд на окно, затем на Дерри, но когда он отпрянул от неё, она лишь вздохнула.
И вот она, похоже, приняла решение. Не отрывая взгляда от распахнутой двери, она достала из внутреннего кармана куртки маленькую хлипкую чёрную книжку. Она бросилась к ближайшей библиотечной полке и сунула книжку между другими томами. Она заметила, что Дерри наблюдает за ней, и прижала палец к губам.
Никому не говори.
Дерри услышал эти слова так же отчётливо, как если бы женщина произнесла их вслух. Широко раскрыв глаза, он кивнул. Он быстро оглянулся. Мальчик-призрак всё ещё стоял позади него.
В дверях показались две фигуры. Их было трудно разглядеть против света. Когда они вошли, вместе с ними в комнату ворвался поток ледяного воздуха, и их одежда показалась серой. Их костлявые лица были безжалостны. Женщина отступила к окну.
Одна из серых фигур улыбнулась тонкими губами. Она взмахнула рукой, в которой, похоже, держала какое-то оружие. Зелёное пламя пронеслось по комнате, и женщина пошатнулась, в её груди задымилась чёрная рваная рана.
Скрежеща зубами от боли, она вскарабкалась на подоконник и сумела подняться на ноги. Она стояла там, покачиваясь, дерзкая и воинственная, прижимая руку к груди, и кровь текла по её руке. Её глаза походили на тёмные колодца на исхудалом загорелом лице. Дерри вдруг осознал, что только сила воли удерживает её на ногах, и сердце его переполнилось восхищением.
Он заметил, что она пытается говорить. Изо всех сил он постарался расслышать её слова.
– Ландовел! – выдохнула она. – Хан не забудет! Хан вернётся!
Затем она повернулась лицом к ужасающей бездне и прыгнула.
Дерри вскрикнул. Он не смог сдержаться. Вторая серая фигура медленно повернулась к нему, поднимая своё смертоносное оружие.
И вдруг… вдруг, когда Дерри замер на месте, ожидая смерти, в дверном проёме, словно гигантский рычащий медведь, появился Крэм, обеими руками сжимающий серебряную рукоять топора. Издав дикий рёв, Крэм прыгнул вперёд, с невообразимой силой взмахнув топором, и одним ударом сбил обоих незваных гостей с ног.
– Сокровищ моих захотели? – орал он, когда чужаки со стоном упали. – Будете знать! Что моё – то моё!
Он снова поднял топор, с которого капала кровь, и безумными глазами оглядел комнату.
– Где эта лживая ведьма? Она одна из них!
– Нет, – сказал Дерри. – Они пришли, чтобы убить её.
И он перевёл взгляд на окно, где на подоконнике остались кровавые следы.
Крэм напрягся. С пола у его ног донёсся резкий, хриплый звук. Медленно Крэм посмотрел вниз.