— Да, -вмешался Вадим. — Я, к примеру, английского почти не знал. Но благодаря доступу к памяти других, теперь спокойно говорю. Все, что мне нужно, всегда под рукой.
Барбара сжала пальцы на пледе, но молчала. Вадим наклонился вперед, его голос стал тверже:
— В этом мире больше не будет старых коррумпированных правительств, бесконечного вранья и лицемерия. Я не допущу, чтобы мы вернулись к тому, что было раньше.
Исаев кивнул, подхватывая мысль:
— Хронофаг убил миллиарды. Но вместе с тем он дал шанс. Возможность начать все заново, без старых ошибок.
Барбара горько усмехнулась.
— Вы, русские, психи.
Вадим усмехнулся в ответ, но с иронией:
— В этом новом мире нормальных, наверное, уже не осталось.
— На сегодня хватит впечатлений, -сказал Исаев мягче, чем обычно. — Тебе нужно отдыхать. Пару дней будешь под наблюдением. И совет, не выходи наружу без крайней необходимости. Радиоактивный фон на улице очень высокий.
Барбара дернулась
— Радиоактивный… что?
Вадим даже не поменял интонации, говорил буднично, словно о чем-то обыденном:
— Когда мы взяли станцию, ДИРЕКТОР решил устроить прощальный салют. Подорвал два энергоблока. Радиоактивные частицы разлетелись по всему региону.
Глаза Барбары расширились, дыхание перехватило.
— Вы… вы сидите тут и говорите об этом так спокойно⁈
— Бояться не стоит, -отрезал Вадим. — У зараженных отличная регенерация и устойчивость к ионизирующему излучению. Вот ликвидаторы, например. Нахватались доз, которые обычного человека давно бы убили, а у них максимум — покраснение кожи, слабость, легкая тошнота.
Барбара вцепилась пальцами в подлокотники кресла и едва слышно прошептала:
— Господи…
Исаев только кивнул, подтверждая слова Вадима:
— Для тебя это звучит ужасно. Но для нас стало повседневностью.
Дверь за их спинами мягко закрылась, они вышли в коридор, оставив пациентку восстанавливаться. Вадим остановился, обернулся к Исаеву и тихо сказал:
— Сомневаюсь я, Артур. Слишком уж она хрупкая. Не думаю, что сможет адекватно воспринять все, что увидит дальше.
Исаев фыркнул, поправил рукав халата и ответил с насмешливым спокойствием:
— Расслабься, твое императорское высочество. Я беру ее на себя. Знаю пару приемов, которые помогут адаптироваться.
Он загибал пальцы:
— Первое, дозированное погружение. Сначала дать минимальные факты, потом больше, постепенно. Второе, когнитивное якорение. Надо связать ее прошлые знания о нейросетях и ИИ с новой реальностью, тогда для нее это будет не полный обрыв, а логичное продолжение. Третье, позитивное подкрепление. Маленькие успехи, похвала за них. Так быстрее формируется доверие. Ну и классика, контроль окружения. Первые недели исключаем все лишнее, только безопасные контакты. Дружка и Настю не подпускать вообще…
Вадим хмыкнул.
— Значит, хочешь ее приручить.
— Хочу ее интегрировать, -поправил Исаев. — Через месяц ТКТ заработает, я подключу ее к роевому сознанию. А дальше под моим кураторством она займется тем, для чего и была восстановлена — изучением того, что осталось на серверах АЭС. Коллективный разум даст ей ускорение, она сможет анализировать массивы данных в разы быстрее.