И она снова сжала мою руку.
— Подружкой невесты? — поперхнулась я.
— Свадьба будет скромная, но со вкусом, в Блумфилд-Хиллсе.
— Блумфилд-Хиллсе?
— Да, там есть чудная маленькая гостиница, где проводят свадьбы. Мы с отцом иногда ездим туда на выходные. Может быть, даже купим там домик.
— Домик?
Как иностранец, изучающий английский, я повторяла за ней слова и, похоже, не могла остановиться. От всех этих новостей у меня голова шла кругом. Всю жизнь я выступала посредницей в общении между родителями, чтобы они не слишком яростно раскачивали лодку, и вдруг — на́ тебе, они вплывают на ней в лучах заката в медовый месяц. Я уронила голову в ладони, борясь с желанием пальцами заткнуть уши.
К счастью, они замолчали и позволили прокрутить их слова в голове, как фарш через мясорубку. В результате мои чувства слиплись в бесформенное месиво, в котором я не могла выделить ни одной отдельной эмоции. Родители снова хотят пожениться?
Наконец я взглянула на них.
Они молча уставились на меня в ответ.
Я покачала головой:
— Даже не знаю, что и сказать. Разве что… какого черта вы вечно приберегаете самые дерьмовые сюрпризы до моего дня рождения?
Глава 3
— Так, давай уточним, — сказала Габи, тыкая вилкой в лист шпината. — Значит, твои родители двадцать три года были в разводе, а теперь снова собираются пожениться?
Мы обедали в ресторанчике, который недавно открылся рядом с больницей. Обычно я не выхожу на обед в рабочее время, но мне нужно было с кем-то обсудить этот абсурдный поворот событий. Я всю ночь проворочалась, обдумывая родительское заявление, и сегодня, поскольку Хилари оперировала, довериться мне было некому, кроме Габи.
Если честно, я сильно сомневалась, что действительно могу ей довериться, но обсудить все с кем-то, непосредственно не вовлеченным в ситуацию, мне было необходимо, потому что на родителей никакие уговоры опомниться не подействовали. Отец продолжал повторять: «Верь нам», а мама: «Тебе самой пора начать встречаться с кем-нибудь особенным».
С кем особенным? После того как она всю жизнь внушала мне, что самое важное — быть независимой, теперь она хочет, чтобы я кого-нибудь нашла? Вчерашний разговор за ужином глубоко ранил меня. Я вообще перестала что-либо понимать. Я прислонила ложку к краю суповой тарелки. Нужно было заказать что-то менее острое, чем черепаховый суп. Возможно, рюмку лекарства от изжоги.
— Да. Они снова собираются пожениться, — сказала я, — В каком-то отельчике, предоставляющем постель и завтрак. В Блумфилд-Хиллсе.
— Постель и завтрак? — Габи мечтательно вздохнула, будто она не взрослая женщина, а маленькая принцесса. — Это так мило. Майк говорит, что если когда-нибудь решит жениться, то устроит свадебную вечеринку в боулинге. Это единственная причина, по которой я пока не тащу его под венец. Но мини-отельчик — это так романтично.
— Нет, нет, нет! Это не романтично. Это смешно! Моя мать сошла с ума! — я хлопнула по столу так, что задребезжали приборы.
Обедающий за соседним столиком мужчина обернулся и уставился в нашу сторону. Я послала ему извиняющуюся улыбку. Иногда я веду себя слишком резко. И люди это замечают.
— Почему ты думаешь, что это смешно? Мне кажется, это мило. Только представь, вновь обрести любовь после стольких лет. — Габи наколола на вилку очередную порцию салата, продолжая есть, как будто мы ведем обыденный неважный разговор на обыденную неважную тему.
— С тех пор как родители разошлись, я только и слышала от матери, какой эгоистичный ублюдок мой отец. Знаешь, после нее он был женат еще три раза. — Я загнула пальцы: — Один, два, три раза! Так что, если считать брак с моей матерью, сейчас он женится в пятый раз. В пятый!
Для наглядности я сунула руку с растопыренными пальцами ей в лицо.
Габи отвела мою руку, и еще несколько посетителей обернулись на нас. Наверное, нам стоило пойти в менее людное место.
Она снова покачала головой:
— Но он ведь сказал, что наконец-то понял, что она его… как там это? Alma gâmea.
— Серьезно? Обязательно нужно переходить на португальский?
Мои голосовые связки натянулись, я была готова сорваться на визг.
Габи улыбнулась, нисколько не смутившись тем, что я расстроена.