Даже наоборот – когда Наэль написал Зоре, что девушка, воспоминания о которой он так настойчиво хотел сохранить, сейчас лежит в его постели, она даже порадовалась за брата. Хотя он и дал ей понять, что гостья просто спит. Женское внимание Наэлю бы не повредило. Но Кари так и не удостоила ее вопрос ответом. Она вообще весь день была молчалива. Но все же Зора замечала заинтересованность в ее взгляде, гуляя с ней по Центральному району. Она быстро заметила, что покой – это последнее, чего хотела бы Кари, и отправилась с ней в Центральный район, деловой и самый оживленный квартал города.
Как только они вышли из метро, сразу попали в бесконечный поток прохожих. Это было превосходное место, чтобы поговорить с тем, кто не хочет, чтобы его нашли: в тени «Иглы», самого высокого небоскреба в Бухте Магнолия, в окружении бессчетного множества людей. Здесь были сплошные дизайнерские магазины и ларьки с саем с шариками из тапиоки, а рядом лавки, в которых продавались традиционные палайские лекарства – консервированные змеиные яйца, сушеный осьминог и костяная пыль. Звуки речи иностранных туристов сливались в живую мелодию, то и дело перебиваемую криками, когда нетерпеливый рикша направлял велоповозку сквозь толпу – или хотя бы пытался проехать.
Это было последнее место, где дону Немеа пришло бы в голову искать Кари, а если бы вдруг осенило, здесь было слишком людно, чтобы выделить из людской массы одного человека.
Сверкающие украшения, фирменная одежда и духи в витринах магазинов оставляли Кари равнодушной. Зора предполагала, что роскошь виллы дона Немеа превосходит все, что они могли здесь найти. Внимание Кари, наоборот, привлекали картины обыденной жизни: уличные артисты, жонглирующие бамбуковыми палочками, или витрина магазина спортивной одежды, где были выставлены современные кроссовки. При этом Кари постоянно была настороже. Зора заметила, как внимательно девушка следит за окружением, будто в любой момент ожидает нападения.
– Выбери, что ты будешь есть. Я угощаю, – предложила Зора. И не знала, стоит ли ей удивляться, когда Кари остановила свой выбор на столовой с дим-самом и заказала себе жирные манты и молочный коктейль.
– Значит, твоя любимая еда – манты? – спросила Зора, на что Кари только подняла бровь. – В самом деле? Простой вопрос тоже останется без ответа? Твоя таинственность граничит с паранойей.
– А твое любопытство граничит с допросом, – буркнула Кари, подцепив палочками маслянистый конвертик из теста. – Почему я должна отвечать на твои вопросы?
– Так всегда делают, когда знакомятся с новыми друзьями. Стараются узнать друг друга, – ответила Зора и подавила легкую дрожь. Ее слегка знобило – то ли от вентилятора на потолке, то ли от ледяной мины Кари.
– Там, откуда я родом, нет ничего, кроме взаимных услуг. И самое первое правило – не давай никакой информации, – сказала Кари и обмакнула очередные манты в соевый соус.
Ага, так вот в чем дело.
– А что, если мы заключим сделку? – спросила Зора. При слове «сделка» Кари чуть вздрогнула. – Ты расскажешь мне что-то о себе, а я взамен расскажу о себе.
Кари с наслаждением отхлебнула молочный коктейль.
– Согласна, – сказала она наконец. – Но вот проблемка. Я ничего не хочу знать о тебе.
– Тогда, может, о моем брате? – спросила Зора. Она же знала, что между Наэлем и Кари было больше, чем он помнил, а она хотела признаться. – Я, правда, сомневаюсь, что смогу раскрыть то, чего ты еще не знаешь.
– И в сотый раз: мне о нем ничего не известно. Впервые я увидела его два дня тому назад, – ответила Кари, закатывая глаза. – Это, кстати, прошу засчитать мне как первую порцию информации.
– Идет. Так что ты хочешь знать?
– Наэль действительно живет в квартире в районе Рейтон?
– Да. И, судя по твоему тону, ты согласна со мной, что стенам в его доме не повредило бы немного цвета, – ответила Зора. – Он там бывает не особенно часто. Наэль трудоголик. Он постоянно в пути, поэтому полагает, что вкладывать в квартиру деньги было бы лишним расточительством.
– И чем же таким он занимается, что все время в пути? – Кари задала этот вопрос подчеркнуто небрежно, при этом Зора была уверена, что та просто сгорает от любопытства побольше узнать о работе Наэля.
– Об этом лучше спроси у него самого, – ответила она. – Кроме того, сейчас твоя очередь поделиться информацией. Верно?
Зоре придется мириться с убийственными взглядами Кари, если она намеревается с ней подружиться.
Наконец та произнесла:
– Манты – не моя любимая еда, но мне нравится для разнообразия, как жир стекает по подбородку. – Она улыбнулась. – А молочный коктейль я еще никогда не пробовала, и мне было любопытно.
Этим объяснялось это странное сочетание.
– Признайся, это была шутка! – вырвалось у Зоры.
– Дайширо ценит здоровое питание, и его повара придерживаются строгих ограничений. У нас никогда не бывает ничего приторно-сладкого или фастфуда.
– Но ты же наверняка тайком пробовала молочный коктейль, нет?
– Дайширо не потерпел бы такого.
Было так странно слышать это имя. Дон Немеа считался легендой. Все знали, что он существует, но по-настоящему представить его во плоти и крови – мыслимо ли это? А Кари могла и даже называла его по имени.
– А Наэль действительно твой брат? – в свою очередь спросила она.