MoreKnig.org

Мимолетные видения незнакомой Японии: читать начало книги онлайн

Автор: Хирн Лафкадио



Шрифт:

Часть 12

Мы прибываем к широко известному храму Каннон, отказавшейся от своего права на Вечный покой ради спасения человеческих душ и отрекшейся от нирваны, чтобы страдать вместе с человечеством многие миллионы лет, – богини жалости и милосердия.

Я взбираюсь по трем пролетам ведущей к храму лестницы. С порога поднимается и приветствует нас девушка. Она скрывается внутри храма, чтобы позвать жреца-хранителя, почтенного человека в белых одеждах, который жестом приглашает меня войти.

Этот храм так же велик, как и те, что я успел посмотреть, и такой же серый от старости – ему шестьсот лет. С потолка свисают множество дощечек с просьбами, надписей и раскрашенных в веселые тона фонариков. Почти напротив входа сидит одинокая статуя размером с человека и похожая на человека. Она смотрит на нас маленькими странными глазками, глубоко запавшими на морщинистом лице. Когда-то это лицо было раскрашено в телесный, а одежды в голубой цвет, но теперь от пыли и старости все стало серым, и эта бесцветность настолько удачно гармонирует с дряхлостью фигуры, что кажется, будто ты смотришь в глаза живого нищенствующего паломника. Это Биндзуру, тот же персонаж, чей лик в Асакусе стерся от прикосновений пальцев бесчисленных паломников. По левую и правую сторону от входа стоят два невероятно мускулистых и суровых на вид Ни-О. Их красные тела облеплены белыми точками бумажных шариков, выплюнутых прихожанами. Над алтарем помещается небольшое, но красивое изображение Каннон, вся ее фигура вставлена в продолговатый золотой нимб, имитирующий языки пламени.

Однако храм знаменит не этой скульптурой. Выполнив определенные условия, можно увидеть еще одну. Старый священник подает мне записку, составленную на превосходном, выразительном английском языке, с просьбой к посетителям пожертвовать что-нибудь на содержание храма и его настоятеля и призывающую иноверцев не забывать, что любая вера, способная пробудить в человеке доброту и заботливость, заслуживает уважения. Я вношу свою лепту и прошу показать мне великую Каннон.

Старый жрец зажигает фонарь и ведет меня через узкий дверной проем слева от алтаря во внутренние покои храма, погруженные в торжественную темноту. Я осторожно следую за ним, не различая ничего кроме мерцания фонаря. Мы останавливаемся перед чем-то поблескивающим во мраке. Через минуту мои глаза, привыкнув к темноте, начинают видеть очертания. Блестящий предмет оборачивается золотой ступней невероятных размеров, я вижу край одежды, прикрывающий верх стопы. Вот появилась вторая ступня стоящей во весь рост фигуры. Мы находимся в тесной, но очень высокой каморке, из загадочного мрака над головой вниз в круг света, отбрасываемого фонарем на золотые ступни, свисают веревки. Монах зажигает еще два фонаря и подвешивает их на крючки, прикрепленные к веревкам на расстоянии одного ярда друг от друга, после чего медленно их поднимает. По мере подъема покачивающихся фонарей из темноты выступают новые части золотого облачения, затем очертания могучих коленей, изгиб бедер, прикрытых чеканной тканью. Фонари поднимаются все выше, освещая все больше золотого великолепия, от которого захватывает дух. Тишину нарушает только скрип невидимых блоков где-то наверху, колесики повизгивают, словно летучие мыши. Над золотым поясом появляются очертания женской груди, затем – сверкание золотой, поднятой в знак благословения руки. В другой руке богиня держит лотос. Наконец, появляется лицо – золотой, улыбающийся вечно молодой и бесконечно доброй улыбкой лик Каннон.

Постепенное появление из священной тьмы идеала божественной женщины, творения забытого мастера далеких времен, производит неизгладимое впечатление. Мне трудно в точности передать эмоции, которое оно вызывает. Больше всего это похоже на благоговение. Но тут фонари, задержавшиеся было на уровне прекрасного лица, оглашая каморку скрипом, ползут еще выше. На голове статуи сверкает тиара со странными символами. Она состоит из сложенных пирамидой голов, очаровательных девичьих лиц, миниатюрных ликов самой Каннон.

Ее зовут Одиннадцатиликая Каннон или Дзюитинрэн Каннон.

Часть 13

Эту статую почитают как одну из самых священных. Вот ее легенда.

В период правления императрицы Гэнсё в провинции Ямато жил буддийский монах Токудо Сёнин, который в прежней жизни был босацу, но родился вновь простолюдином, чтобы помогать спасать души других людей. Однажды ночью Токудо Сёнин увидел в долине Ямато чудесное сияние. Подойдя ближе, он обнаружил, что свет источает ствол огромного поваленного камфорного дерева кусоноки. От дерева исходил сладкий аромат, а свечение напоминало свет луны. По этим признакам Токудо Сёнин понял, что дерево свято, и решил вырезать из ствола статую Каннон. Он прочитал сутру и повторил нэнбуцу, молясь о ниспослании вдохновения. Пока он молился, к нему подошли пожилые мужчина и женщина. Они сказали монаху: «Мы знаем, что ты с помощью Неба хочешь вырезать образ Каннон-сама из этого дерева. Продолжай молиться – мы сами ее вырежем».

Токудо Сёнин так и сделал. Незнакомцы легко раскололи огромный ствол на две половины, и оба начали вырезать каждый свою статую. Мужчина и женщина работали три дня. На третий день работа была закончена, и монах увидел две превосходные статуи Каннон. «Прошу вас, – сказал он незнакомцам, – назовите ваше имя». Старик ответил: «Меня зовут Касуга Миодзин». Женщина ответила: «А меня зовут Тэн-сё-ко-дай-дзин, я Богиня Солнца». Сказав это, оба преобразились, взмыли в небеса и скрылись из виду[20].

Императрица, услышав об этих событиях, отправила в Ямато своих посланцев с дарами и приказала построить храм. Великий монах Гёки-Босацу приехал и освятил статуи и храм, построенный по приказу императрицы. Одну из статуй он поместил в святилище и установил внутри храма, наказав: «Стой здесь во веки веков и спасай все живое!» А вторую статую бросил в море и воззвал: «Ступай туда, где тебе лучше, и спасай все живое!»

Статуя, брошенная в море, приплыла в Камакуру. Приблизившись к берегу ночью, она засияла, и над морем стало светло, как днем. Сильный свет разбудил рыбаков Камакуры. Они сели в лодки, нашли статую в море и вытащили ее на берег. Императрица распорядилась построить для нее храм. Храм построили на горном склоне Кайкодзан в Камакуре и назвали его Син-Хасэдэра.

Часть 14

Покинув храм Каннон, мы выходим на дорогу, рядом с которой больше не видно жилых домов. Зеленые склоны по обе стороны становятся круче, над нами сгущаются тени могучих деревьев. Но даже здесь попадаются заросшие мхом старые ступени, резные буддийские ворота и высокие тории – приметы святилищ, на посещение которых у нас нет времени. Вокруг разбросано бесчисленное количество ветхих алтарей, немых свидетелей древнего величия и неохватности мертвой столицы. И повсюду, смешиваясь с ароматом цветущих деревьев, витает сладкий смолистый запах японских благовоний. Мы проходим мимо россыпи скульптурных камней, напоминающих части четырехугольных колонн. Это старые хака, забытые могилы заброшенного кладбища. Нам попадаются одинокие скульптуры буддийских богов – спящего Амиды или улыбающейся Каннон. Все они очень старые, потускневшие от времени и полуразрушенные. Некоторые из них под воздействием непогоды окончательно потеряли первоначальный вид. Я на минуту задерживаюсь, чтобы рассмотреть жалкую группу из шести фигур очаровательного божества, заботящегося о душах младенцев, – Року-Дзидзо. Какие они выщербленные, поцарапанные, обомшелые! Пятеро почти по самые плечи утопают в мелких камешках – свидетельстве поклонения многих поколений. Вотивные детские нагрудники, ёдарэ-какэ, различной расцветки повязаны на шею скульптур в память о безвременно умерших детях. Одна из статуй доброго бога лежит на земле разбитая и присыпанная поминальными камешками. Ее, вероятно, сбило колесом проезжавшей мимо телеги.

Часть 15

Дорога ныряет вниз между отвесными, как стены каньона, скалами и поворачивает. Мы неожиданно выходим к морю. И море, и безоблачное небо – все мягкого, романтически голубого цвета.

Тропа резко забирает вправо, извивается между верхушками скалистых выступов над широким серо-коричневым песчаным пляжем. Дует ласковый, пахнущий солью морской ветерок, побуждающий дышать полными легкими. Впереди я вижу прекрасную зеленую массу – заросший деревьями священный остров Эносима, расположенный в четверти мили от берега, обитель богини моря и красоты. По крутому склону рассыпаны серые домики небольшой деревни. Сегодня до острова можно добраться пешком, потому что наступил отлив, оставивший между двумя поселками – на берегу и на острове – широкую полосу песка, напоминающую гать.

В Катасэ, маленькой деревне напротив острова, нам приходится спешиться и, оставив рикш, идти пешком через дюны, отделяющие поселок от пляжа. Для колес рикш здешний песок слишком глубок. На узкой улочке ждет пара десятков других рикш, доставивших на берег паломников раньше меня. Однако я сегодня, как мне сказали, единственный европеец, решивший посетить храм богини Бэнтэн.

Двое провожатых ведут меня через дюны, и мы вскоре ступаем на плотный сырой песок морского дна.

По мере приближения к острову очертания маленького поселка все больше проступают из легкой морской дымки – голубоватые плавные изгибы сказочных крыш, угловатые балкончики, занятные островерхие коньки. Повсюду трепещут флажки причудливой формы, покрытые загадочными письменами. Мы пересекаем песчаную отмель, перед нами открывается портал морского города – прекрасные ворота-тории, ведущие в город богини-дракона. Они целиком отлиты из бронзы, в том числе симэнава, на бронзовой скрижали начертано: «Дворец Богини Эносимы». Основания могучих подпорок украшены удивительным рельефом – завитками волн с захваченными потоком дельфинами. Тории служат городскими воротами и открывают проход к храму Бэнтэн. Всего на острове трое ворот. Двое других не видны тем, кто приходит на остров с берега.

И вот мы в Эносиме. Высоко в гору ведет единственная улица с широкими ступенями, ее окружают деревья и разноцветные флаги. На отсыревших синих занавесках начертаны причудливые белые иероглифы, они приплясывают, словно их колеблет ветер с моря. По обеим сторонам улицы тянутся таверны и крохотные лавчонки. Я не могу не задержаться возле каждой из них, а когда ты задерживаешься, чтобы полюбоваться на японские диковины, то неизбежно их покупаешь. И я покупаю, покупаю, покупаю!

Эносиму можно воистину назвать городом перламутра. Каждая лавка, спрятанная за расписанными иероглифами занавесками, предлагает чудесные изделия из раковин по нелепо низким ценам. Застекленные прилавки с мягкими подушечками, пристенные шкафчики с полками, все это мерцает перламутровыми вещицами, невероятно изумительными и искусно сделанными, – нитками с нанизанными рыбками и птичками, переливающимися всеми цветами радуги. Здесь есть перламутровые котята, лисички, щенята, девичьи гребни, мундштуки и курительные трубки, слишком прекрасные, чтобы ими пользоваться. Есть изготовленные из раковин крохотные, не больше монеты в один шиллинг черепашки. Если дотронуться до такой, она начинает шевелиться, двигать головой, лапками и хвостиком – причем все это одновременно, поочередно втягивая и выпуская конечности, как это делают настоящие черепахи, вызывая у наблюдателя несказанное изумление. Лавки предлагают аистов и других птиц, жуков и бабочек, крабов и лобстеров, настолько ловко вырезанных из раковин, что, лишь прикоснувшись к ним, ты убеждаешься, что они не живые. Перламутровые жуки сидят на перламутровых цветах или посажены на тонкие проволочки, отчего кажется, что они мгновенно улетят, стоит только прикоснуться к ним кончиком пера. На прилавках выложены перламутровые украшения неописуемой красоты, которые так любят японские девушки, магические вещицы, сотни видов заколок для волос, броши, ожерелья. А еще там есть фотографии Эносимы.

Часть 16

Улица заканчивается еще одними ториями из дерева, от которых в гору круто уходит каменная лестница. У подножия лестницы стоят вотивные каменные фонари и расположен небольшой источник с каменной ванночкой, у которой все паломники, прежде чем войти в обитель богов, омывают руки и полоскают рот. Рядом с источником висят яркие синие полотенца с большими китайскими знаками. Я спрашиваю Акиру, что они означают.

– По-китайски иероглифы читаются как хокэн, но на японском звучат как кэндзи татэмацуру. Эти скромные полотенца – дар Бэнтэн, так называемые заказные подношения. Люди делают известным храмам множество различных подарков. Одни дарят полотенца, другие – картины, третьи – вазы. Кто-то дарит бумажные фонарики или бронзовые либо каменные фонари. По обычаю, когда к богам обращаются с просьбой, положено пообещать принести что-либо в дар и нередко таким обещанным даром бывают тории. Ворота в зависимости от финансовых возможностей дарящего могут быть как маленькими, так и большими. Очень богатый паломник может предложить богам тории из металла, какие вы видели внизу, – ворота Эносимы.

– Акира, а японцы всегда сдерживают обещания, данные богам?

Мой спутник лукаво улыбается и отвечает:

– Однажды жил-был человек, обещавший построить тории из добротного металла, если боги исполнят его просьбу. Он получил все, что хотел, но построил тории из трех крохотных игл.

[20] Эта легенда примечательна тем, что представляет собой пример попытки буддизма поглотить богов синтоизма, как это прежде случилось с божествами Индии и Китая. Эти усилия приносили заметный успех до тех пор, пока буддизм не был развенчан и государственной религией не объявили синтоизм. Однако в Идзумо и других частях западной Японии синтоизм никогда не терял господствующих позиций и, наоборот, вбирал в себя многое из того, что принадлежало буддизму.

Правообладателям и читателям!

Произведение защищается авторским правом. Вы можете ознакомиться с легальным фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию по ссылке на последней странице фрагмента у нашего проверенного и надежного партнера.
Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Опознай живого (сборник)
Опознай живого (сборник)
[Детективы]
В книгу известного писателя Сергея Александровича Абрамова (1944 г. р.) вошли три его остросюжетные повести — «Опознай живого», «Сложи так» и «В лесу прифронтовом». Первые две рассказывают о борьбе
0
Ассистентка Его Темнейшества
Ассистентка Его Темнейшества
[Любовное фэнтези / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
В жизни каждой уважающей себя выпускницы наступает момент, когда в кошельке - паутинка, в морозильной камере - таракан, а в голове - амбиций величиной с Башню Тёмного Властелина. Вот к нему-то и
0
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
Пушкин, Грибоедов и декабристы. Опасные знакомства
[Исторические приключения / Биографии и Мемуары / Документалистика]
«Любовь к родине, вера в Россию, в ее силу, мощь, достоинство, любовь активная, горячая, мобилизующая на поступки, является характерной чертой передовой молодежи того времени, – пишет М. В. Нечкина
0
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
Анна. Биография самой влиятельной женщины Vogue
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Анна Винтур – женщина VOGUE, которая с 1988 года не только возглавляет самый авторитетный fashion-журнал, а с недавних пор единолично утверждает содержание и руководит всем, что выпускает
1
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Поцелуй Снегурушки
Поцелуй Снегурушки
[Русское фэнтези]
В деревню на са́мом краю Бездны словно из ниоткуда пришла девушка. Красавица с белоснежной кожей и глазами как спелая брусника – не иначе дар богов. Тут и к бабке за советом идти не надо! Но молодой
0
Гарри Баратеон наследник Железного трона
Гарри Баратеон наследник Железного трона
[Боевик / Фанфик / Повесть]
Есть упоминание наркотиков. -- Создано с помощью нейросети. -- Гарри Баратеон родился после победы его отца в восстании. Унаследовав внешность матери, но силу рода Баратеонов. История
0
Смертельная смена
Смертельная смена
[Любовная фантастика]
Медсестра Эди Спенс отчаянно нуждается в отпуске. Ей необходим полноценный отдых вдали от безумия, которое постоянно преследует её на работе с паранормальными пациентами. Однако, как только Эди и её
0
Вечные Пески. Том 9
Вечные Пески. Том 9
[Самиздат / Героическая фантастика]
Вечные Пески бесконечно огромны и недоступны людям. Они бесконечно прекрасны и разнообразны, но многие ли могут похвастаться, что видели хотя бы малую их часть? Пока люди заперлись в своём последнем
0
Лёд и пламя. Миссия попаданки
Лёд и пламя. Миссия попаданки
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Высокий и гордый белый дракон Торгал, известный своей холодностью и высокомерием, учится в академии магии огненных искр, среди людей. Людей которых воспринимает лишь как пыль под ногами. Однако мир
1
Главная роль актрисы-попаданки
Главная роль актрисы-попаданки
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Посвящается Кире Фелис Была заслуженной артисткой Советского Союза — стала попаданкой в Серебряный век. Ничего, я и здесь буду служить в театре. Но почему меня не хотят принимать в труппу?
0
Антикомендантский Час
Антикомендантский Час
[Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
В голове - хоровод пьяных медведей и голых балерин. От любого света норовит взорваться мозг, а запахи чувствуются так тонко, словно я парфюмер. И ни хрена не помню, как тут очутился. Но знаете,
0
Мамонт
Мамонт
[Магический реализм / Исторические приключения / Путешествия и география]
Кирилл Еськов одержим идеей найти останки мамонта. Некий писатель отправляется на машине времени в будущее, и увиденная картина его поражает. Физик Лебедев с риском для жизни контрабандой через
0
Волкодав
Волкодав
[Самиздат / Попаданцы / Городское фэнтези]
Я принял стакан с апельсиновым соком от того, кого считал другом, и умер. Напоследок он пообещал, что позаботится о моей жене, сволочь! К счастью, моя смерть не была окончательной, и я попал в мир,
1
Развод из-за рыжей плутовки
Развод из-за рыжей плутовки
[Современные любовные романы / Самиздат]
— Никита, прости, я выбрала не тебя, — говорю я, еле сдерживая слёзы. — Я уже давно это понял. Знаешь, когда я тебя увидел, то думал, ты особенная, а ты оказалась такой же, как и все: меркантильная
0
Проект:
Проект: "Возмездие" Книга 4
[Самиздат / Постапокалипсис]
Жестокий мир, где тела печатаются в "Принтере", и слепых и беспомощных людей обращают в рабство. Где за всем наблюдает система, а населяют его кровожадные техноварвары, и даже смерть не становится
1
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
Дебют Тридцатилетней войны. Битва на Белой горе 8 ноября 1620 года
[История]
Книга немецкого историка Юлиуса Кребса посвящена одному из ключевых сражений Тридцатилетней войны — битве на Белой горе 8 ноября 1620 года, исход которой во многом предопределил дальнейшее развитие
0