Натюрморт с торнадо: читать начало книги онлайн

Я вижу, как открывается его рот, но совсем не слышу слов.

Он глубоко хмурится.

Он преувеличенно улыбается и указывает на себя пальцем.

Я понимаю, что он говорит мне улыбнуться.

Как будто от улыбки мое торнадо исчезнет. Как будто внешность что-то значит. Вот чему меня научила Кармен. Вот о чем были ее вечные торнадо.

Я улыбаюсь и насыпаю себе тарелку хлопьев.

Уношу тарелку к себе в комнату, не переставая улыбаться, и засыпаю со своей пятидневной грязью, и не чувствую себя искусством.

Когда я просыпаюсь в субботу утром, мама ложится спать после длинной ночи. Я решаю покрасить свою комнату. Цвет стен в ней ужасный. Самый отвратительный зеленый, который только можно себе представить. Неудивительно, что я не смогла нарисовать грушу. Я живу в желчи. У этого есть последствия.

Я ищу на ноутбуке приятные цвета и нахожу идеальный. «Ванильный молочный коктейль». Он не совсем белый, не совсем желтый, не совсем коричневый. Теплый. Но это молочный коктейль, так что он и холодный тоже.

Этим цветом я крашу комнату.

Я сдвигаю всю мебель в центр комнаты. Я ложусь на кровать и для начала смотрю в юго-восточный угол комнаты и воображаю себя на раскладной лестнице с валиком в руке. Слишком фальшиво. Я иду в кладовку за лестницей, и ставлю ее в комнату, и катаю воображаемый валик в таз с «Ванильным молочным коктейлем», и провожу им по стене. Так, против часовой стрелки, я обрабатываю всю комнату. С пола до потолка. Закончив, я сажусь на кровать и вижу реальность. Реальность такова: нельзя перекрыть желчь одним слоем краски.

Я воображаемо ложусь подремать, а когда просыпаюсь, решаю, что комната высохла и я могу нанести второй слой. В ногах кровати сидит Сара. Она еще старше.

– Сорок, – говорит она.

– А, – говорю я. – Привет.

– Хочешь поговорить о том, что случилось в школе?

– Нет.

– Я знаю, что ## ####### мисс Смит ########## # Вики.

– И что?

– И то, что такое не закрасишь, – говорит она.

А я думаю, могу. Я думаю, что могу закрасить то, что видела, и развидеть это, и никому не рассказывать. Я думаю, что обязана это делать.

– Ты боишься что-то говорить, потому что будет их слово против твоего? – спрашивает Сара.

– Ты же я. Ты сама знаешь.

– Ты неправа. По ней плачет увольнение. Поверь мне. Вики не первая и не последняя.

Я застываю, глядя на нее. Она спокойна. Как будто мягче. Добрая и не собирается издеваться, как двадцатитрехлетняя Сара. Эта Сара выглядит так, будто может нарисовать хоть тысячу груш. Ей плевать на модные туфли – сейчас на ней разношенные ботинки. Она рассказывает мне о мисс Смит из будущего. Полезней было бы дать мне выигрышный номер в лотерею.

– Я не хочу в это ввязываться, – говорю я.

– Сколько мерзостей происходит потому, что люди не хотят ввязываться?

– Мама с папой меня убьют.

– Мама тебя зауважает. Папа вообще малозначительный.

Она все еще спокойна. Я не знаю, что сказать.

– Как ты сюда попала?