— Кое-что забыл.
— Что?
Такое ощущение, что она совсем перестала меня бояться.
— Хочу забрать твой паспорт?
— Зачем? Хотите на мне жениться? — она улыбнулась.
Я нахмурился. Обнаглела. Совсем страх потеряла.
— Конечно, — усмехнулся я.
Недолго она горевала по своему отцу.
— А можно мне с вами? Папа вам мой паспорт так просто не отдаст. А я могу сказать, что мне нужно собрать свои вещи. Ведь тут вообще нет моих вещей, у меня даже белья нет.
— А ты говоришь дельные слова, — я повернулся.
Она ведь права. Ей даже не во что переодеться. Это нужно везти её в магазин. А на хрена мне лишение заботы. Она ведь не моя содержанка, чтобы ещё и одевать её.
И к папаше я сейчас приду, начну требовать её паспорт, тот старый хрен заартачится, начнёт выделываться.
— Ладно, пошли. Соберёшь вещи, и паспорт не забудь.
— Отлично, тогда я поставлю всё в холодильник.
— Выброси это. Я всё равно не буду это есть.
— Но я голодна.
— Заедем где-то поужинаем.
— Ладно, — она обрадовалась и вылила взбитую жижу из яиц в раковину, включила воду и всё смыла.
— Иди к выходу. Я возьму ключи от машины, — я направился в гостиную…
Софья
Вытерла руки о бумажное полотенце, бросила его в большое мусорное ведро в шкафу и поспешила к выходу, остановилась у двери в ожидании Давида.
В какой-то момент я совсем перестала его бояться. Так как не чувствую от него никакой угрозы. И хоть он всё ещё рассматривает меня, но не предпринимает никаких попыток даже меня поцеловать.
Я бы сказала — это странно.
Разве не для того он забирал меня из дома, чтобы просто воспользоваться моим телом?
Сначала я так и рассуждала, поэтому дрожала как липка, но, чем больше проходит наше с ним общение, тем больше я понимаю, он не собирается пользоваться мной. Или может, собирается это сделать потом когда-нибудь. Он не набрасывается, не хватает меня, не прижимает в углу… в общем, как-то странно.
Может быть я просто не вызываю в нём подобной реакции.
Да что вообще за мысли.
Послышались шаги, Давид показался на лестнице, начал спускаться. Я отвернулась, чтобы не разглядывать его.
Дверь открылась, мы вышли.
Потом мы ехали в машине. Пару раз Давид задал мне вопросы про моё творчество, про концертную и конкурсную деятельность. Я с удовольствием отвечаю. А потом снова тишина.