— Можно я похожу босиком? Раз уж спустилась.
— Как вам удобно. Накормить вас ужином?
— Накормить. Но прежде у меня два вопроса.
— Я вас внимательно слушаю.
— Как я могу к вам обращаться?
— Артём. А какой второй вопрос?
— А я — Марина. Второй вопрос — мы можем перейти на «ты»? Без секса и брудершафта.
— Можем. Не амикошонства ради, а удобства для. Границы расставлены, но тет-а-тет на «ты» удобнее. Прошу за мной, Марина, на поздний ужин.
Вход в столовую оказался под лестницей.
— А что сегодня на ужин? — спросила она, усаживаясь на ближайший к двери стул в торце стола. Стол, как и вся мебель в гостинице, был добротный, из массива дерева.
— На ужин сегодня свиная отбивная с горшком. Ты же не веган?
— А если да?
— То тогда только горошек. И кофе могу сварить в турке.
— Кофе — да, веганству — нет. Я сегодня голодная, выдай срочно мне мою порцию.
Он поставил перед ней тарелку, положил нож и вилку, рядом поставил блюдце с чёрным хлебом. Себе сервировал с другой стороны стола — стол был на восемь персон.
— Какими судьбами к нам? Или за едой лучше не отвлекать?
— Ум-мум-мум. — Она проглотила и ответила. — Извини, я такая голодная, и не только до секса. Давай все беседы во время кофе. Мы же никуда не торопимся?
— Я так вообще никуда. Приятного аппетита.
Она только кивнула, энергично работая челюстями.
Артём ел размеренно, только один раз отвлёкся, чтобы снять закипающую турку.
Через пять минут он уже наливал кофе ей в чашку.
— Итак. Ты. Тут. Зачем?
— А может, я судьбу свою искала и влюбилась в тебя с первого взгляда? Поверишь?
— Конечно нет.
— Почему?
— Ну, кто я и кто ты.
— А кто — ты?
— Я — мужчина на пороге шестого десятка лет, который уже успел одичать за долгие годы вынужденного отшельничества.
— А я? В твоих глазах?