— А почему ты меня вчера сюда не поселил?
— По наитию. Не производила ты вчера романтического впечатления — вся насквозь сырая, волосы слиплись, блузка прилипла к телу.
— А сейчас? В этом халате? — она закусила губу.
— Босая и вульгарная, вторые сутки не оставляющая попыток меня соблазнить? — он покачал головой.
— Я не вульгарная. Просто у меня секса не было уже пятьдесят дней.
— У меня его уже три тысячи триста дней не было, но это не даёт повод.
— Тогда я тебя тем более не понимаю.
— И не поймёшь. Просто прими как данность. Давай уже, переходи в стадию принятия. Тут хорошо.
— Хорошо, — грустно согласилась она. — Идём дальше?
— Идём. Твой номер показывать не нужно?
— Я его помню, спасибо.
— Тогда нам пора вниз.
Он спустился по лестнице первым.
— Столовую и кухню ты видела, — он махнул рукой, — но там есть не только это. Впрочем, потом, пойдём сначала номера до конца покажу. Номер первый, где я чаще всего сплю. Просто кровать. Ни шкафа, ни стола, ни душа, ни унитаза. Только раковина с рукомойником. Я его называю «моя келья».
— Да уж, прям по-монашески.
— Идём дальше. Последний номер. «Номер для одиноких с питомцем».
— Это как?
— Здесь только одна кровать, стол, шкаф, но здесь ещё огромное кресло, как у меня в холле, и много места. Некоторые привозят с собой лежанку для собак, хотя пёсикам больше нравится спать в кресле. Я не возражаю. А в этом углу обычно ставят миски с кормом и питьём. Ну и с первого этажа животным проще выходить во двор по своим естественным надобностям.
— Интересно придумано. Хотя можно было бы сделать ещё один номер.
— Номеров у меня хватает. Даже место для гардеробной есть. Пойдём, покажу.
Он вышел из комнаты и открыл дверь в самом дальнем углу.
— Тут зимой раздеваются постояльцы.
— И не одеваются? — спросила она, рассматривая вещи на вешалках и на полках.
— А, это по совместительству ещё и «комната забытых вещей». А ещё некоторые практикуют «дресскроссинг» — оставляют свои вещи и берут себе понравившиеся. Кстати, можешь выбрать себе что-нибудь, если хочешь.
— Хочу! — У Марины загорелись глаза.
— Ну и правильно, сколько уже можно в халате ходить. Я пойду готовить суп. Выбирай, переодевайся и жду тебя обедать.
Марина пришла на кухню через полчаса в клетчатой рубашке на голое тело, завязанной снизу, и синих джинсах, которые были ей впору в талии, но явно коротки по длине.
— Ты прям кантри-гёрл, — Артём одобрительно показал ей большой палец.
— Прости, но лифчика я не нашла, — она демонстративно раздвинула края рубашки и обозначила отсутствие бюстгальтера.
— Нижнее бельё в гостинице никто не забывает, да и не думаю, что тебе бы хотелось носить чужое исподнее. Можешь сшить себе сама из любой вещи, иголку и нитку дам.