— А ещё… — Кирюша замялся, посмотрел на маму, потом снова на папу. — Я хочу, чтобы вы с мамой снова были вместе. Я ночью слышал, как мама плакала… и я не хочу, чтобы она плакала. Пап, пообещай, что вы помиритесь. Я хочу снова каждый вечер играть с тобой в настолки, приставку и читать книжки. А еще давай заведем собаку? Мама правда против, но мы ведь уговорим ее, да?
Руслан почувствовал, как сердце сжалось в тиски. В этот момент он готов был встать, пойти, сделать всё что угодно — только чтобы сын не знал боли. Но он понимал: так просто нельзя.
Он взъерошил сыну волосы и сказал:
— Я обещаю тебе, малой, я сделаю всё, чтобы мы снова были семьёй. И с мамой поговорим попозже насчет собаки. Как только я окончательно выздоровлю — мы пойдем с тобой в батутный центр.
Кирюша просиял, будто ему подарили целый мир.
— Правда?
— Правда, — ответил Руслан твёрдо, хотя внутри его разрывало на куски.
Оля не выдержала. Она подошла ближе и осторожно поправила одеяло на Руслане. Их руки на миг соприкоснулись. И он снова ощутил то тепло, без которого жил все эти месяцы.
— Кирилл, — мягко сказала она сыну, — папе нужно отдыхать. Мы уже навестили его, теперь пора домой.
— Ещё пять минут! — взмолился мальчик.
— Пять, и ни секундой больше, — кивнула она.
И эти пять минут стали самыми счастливыми для Руслана за всё время в больнице. Кирюша рассказывал о подготовке к школе, что у него есть новая игрушечная машинка и что бабушка пообещала научить его печь пирожки. Руслан слушал каждое слово, вбирая в себя этот звонкий детский голос, словно лекарство. Ему стало вдруг страшно от того, что он мог больше никогда не услышать сына, не смог бы посмотреть на него и поговорить с ним.
Когда пришло время уходить, Кирюша снова обнял его так крепко, будто боялся отпустить.
— Пап, поправляйся быстрее. Я жду тебя дома.
— Буду стараться, малой. Для тебя.
Оля взяла сына за руку. На прощание она посмотрела на Руслана — взглядом усталым, но уже не ледяным. И тихо сказала:
— Береги себя. Я принесла твои синабоны и салат с мясом.
— Спасибо, Оль.
А Руслан остался лежать с рисунком в руках и ощущением, что ради этих минут он готов жить, бороться и вставать на ноги. Ради Кирюши. Ради Оли. Ради их семьи.
Глава 41
День выписки наступил неожиданно быстро. Руслан даже не верил, что снова сможет покинуть эти белые стены, где каждый скрип дверей и стук каблуков медсестёр стал уже привычным фоном его жизни. Он сидел на кровати, пока врач зачитывал напутственные рекомендации: таблетки утром и вечером, никакой тяжёлой нагрузки, регулярные перевязки и покой. Руслан кивал, а сам только и думал о том, каково будет снова оказаться дома.
— Руслан, ты готов? — спросила Оля, заглянув в палату. Она держала в руках аккуратно сложенные вещи, которые принесла для него.
Руслан усмехнулся:
— Готов? Я мечтал об этом дне.
Кирюша ворвался следом, сияя:
— Папа, ты теперь с нами домой?! Урааа! — он подпрыгнул и чуть не уронил рюкзак.
Руслан протянул руку и потрепал сына по волосам:
— Домой, малой. Но только если будешь помогать мне — я пока ещё не Супермен.
Оля нахмурилась, сложив руки на груди:
— Вот именно. Ты ещё очень слабый, Руслан. Как ты собираешься один справляться?