— А видящие?
— Я никого не встретил. Полагаю, сегодня им непросто. Это здесь, в призрачном мире, тишина, а в реальном — сами видели.
— Да уж. Видели. Интересный выбор места для вознесения, ничего не скажешь.
— На мой взгляд, выбор отличный, — воодушевлённо сказала Изольда. — Он, несомненно, связан со многими сложностями. Тот, кто решил устроить станцию вознесения душ в здании школы — человек исключительной смелости! Дети ощущают окружающий мир тоньше, чем взрослые. У них выше способность видеть призраков. Они не могут не чувствовать, что это место полно тайн и загадок! Думаю, что со школой связано немало городских легенд. — Она посмотрела на меня.
— Ну… Что-то такое было, — вспомнил я. — В начальной школе ходила страшилка, что если задержаться тут после закрытия, встретишь Призрачного Пионера. Он по ночам в бывшей пионерской комнате играет на горне и стучит в барабан. Запрёт тебя в этой комнате, и ты оттуда не выйдешь.
— Пока в горн трубить не научишься? — хохотнул Борис.
— Вот таких подробностей уже не помню…
— У вас есть пионерская комната? — восхитилась Изольда.
— Да ну, откуда. Говорю же: в бывшей. Сейчас там факультативные занятия проходят. Рисование, робототехника, ещё какая-то ерунда. И типа музея устроено, в стеклянном шкафу пионерские регалии лежат. Горн, барабан, галстуки. Ну, то есть, в моё время так было, сейчас уже не знаю.
— Место встреч видящих? — предположила Изольда.
— Хм-м… Да, вполне вероятно.
— Ты помнишь, где эта комната? Может быть, зайти?
— Да помнить-то помню. Вон там. — Я махнул рукой в другой конец коридора. — Но не уверен, что заходить туда — хорошая идея.
— Там никого нет, — вмешался Борис. — Если это то помещение, о котором я думаю.
— А ты что, заглядывал во все?
Борис обиделся.
— За кого ты меня принимаешь? Я не стал бы заглядывать за закрытые двери, даже если бы мог.
— А ты не можешь?
— Нет, конечно, — удивилась Изольда. — Он же не видящий, обычный призрак. А призраки не могут ходить к соседям без приглашения. Это в своей комнате для них нет преград. Они могут, например, выйти сквозь стену в коридор или на улицу. Но если помещение за стеной занято другим призраком, им туда не попасть.
— Разумно устроено, — признал я. — Уровень приватности — ВИП.
До сих пор об этом как-то не задумывался. Сколько мне всего ещё предстоит узнать, блин! А Мстислава туда же — преемником будешь. И слышать не хочет, что рано мне пока.
— Я, кстати, не уверена, что даже мы с тобой сумеем заглянуть в комнаты клиентов, — продолжила Изольда. — Это в нашем отеле для нас нет преград. А здесь… — Она развела руками. — Мне доводилось бывать на территории других станций, но к клиентам я всегда заходила в сопровождении сотрудников.
Мы переглянулись. Одновременно посмотрели на закрытую дверь с номером 8.
— Пробовать не будем, — решил я. — Здесь чужая территория, свои порядки… Так, а что там с пионерской комнатой, Борь?
— На той двери нет номера. Вместо неё в призрачном мире табличка: «Регистрация». Дверь была приоткрыта. Я заглянул, но никого не увидел. Даже мебели почти нет, только стол со стульями.
— Ну, значит, и нам туда соваться нефиг, — рассудил я. — Лично мне бы не понравилось, если бы по нашему отелю начали шарахаться посторонние и лезть куда попало.
— А разве Ангел не этого хотел? Это ведь он привёл нас сюда!
— Привести — привёл. Но вот прикинь сама: ты — проводник, работаешь в этом отеле. Как долго ты бы не знала о том, что на твоей территории находятся двое посторонних видящих? Мстиславе нашей, например, никакие датчики и видеокамеры не нужны. Та же Амалия ещё только к дверям подходит, а Мстислава уже в курсе, что гости пожаловали.
— Да, так и есть. И ты думаешь, здешний смотрящий тоже?..
— Скорее всего. Не зря ж они смотрящими называются. Наверняка знает, что мы здесь. И если до сих пор местные никак себя не проявили, значит, общаться не особо жаждут.