– Разумеется. Увидимся в церкви. – И Уильям, улыбнувшись, вручает ей гостинцы.
Дороти смотрит ему вслед и ощущает внезапный прилив благодарности за его дружеский жест, но стоит ей закрыть за ним дверь, как в груди вновь поднимается глухая боль.
Теперь они друг друга избегают. Если она идет по улице, он переходит на другую сторону. Если они пересекаются на Отмели, Дороти тут же разворачивается и уходит. Он только рад, когда они уходят в море; он все больше времени проводит у причала, без нужды торгуется за улов. Радуется даже непогоде, если это отвлекает его от ноющей боли в груди, от смятения чувств.
Но приходит день, когда они случайно встречаются у бакалейной лавки. Джозеф тянется к дверной ручке, но тут звякает колокольчик, и дверь распахивается перед ним сама. Дороти переводит взгляд с корзины на него и замирает. Он не успевает скрыть свой безотчетный порыв, то, как его невольно тянет к ней, но смятение в ее глазах его отрезвляет, и он отходит в сторону.
Оказавшись в лавке, Джозеф уже сам не помнит, за чем приходил. Миссис Браун стоит у прилавка одна.
– Джозеф, – улыбается она. – Чем могу тебя порадовать? Недавно привезли вкуснейший бекон. Что скажешь?
Мысленно благодаря ее на добром слове, он пытается собраться с мыслями.
– Лорна недавно заходила прикупить бекона деду. Вернулась из Фрейзербурга.
Он знает Лорну, девушку бойкую на язык, улыбчивую и смешливую. Она работает в больших портовых городах, как многие здешние девушки живут вязанием и песней, а между делом приезжают подсобить родным. В деревне несколько парней за ней ухлестывают, до того она приветлива и хороша собой. Но только не Джозеф. Он знает, что легко может обзавестись женой. Видит, как на него посматривают девушки, как лукаво смеются, откидывают волосы либо переходят на шепот, а сами украдкой оглядываются. И ему это льстит. Но он к ним равнодушен. Сейчас-то уж точно.
– Мне не нужно, не сегодня, – отвечает Джозеф.
– Как скажешь. Ты всегда отличался упрямством.
Миссис Браун заворачивает сложенные им на прилавок чай с овсянкой, и Джозеф расплачивается.
Он направляется к двери, но даже спиной ощущает на себе ее взгляд.
– Слыхала, Дороти сдружилась с Уильямом. Кто бы мог подумать, что Уильям на такое способен, а?
Руки у Джозефа опускаются. Он не оборачивается, но его охватывает тяжесть, будто бы на плечи взвалили тяжелую ношу. И он понимает, зачем миссис Браун сказала об этом ему.
Она намекает, что время пришло.
Джозеф кивает, колокольчик звякает, и дверь за ним закрывается.
Он не из тех, кто прикладывается к бутылке. Никогда этим не злоупотреблял, но по возвращении домой Джозеф находит нетронутую, много лет лежавшую в пыли бутылку виски. Он наливает виски в кружку и разом ее осушает. Принимается расхаживать по комнате, затем наливает вторую. Его ошеломляет размах собственной ревности. Он словно обратился в корабль среди бури. Сам не знает, куда себя девать: ему не сидится, не стоится. Хочется колотить в ее дверь, кричать ей в лицо, хочется ударить Уильяма. Хлопнув дверью, он широким шагом устремляется из домика по тропинке. Разожженный виски пожар свирепо полыхает у него внутри.
Добравшись до места, он напористо стучится. Дверь не открывается, и он случится еще раз.
– Джозеф! – удивленно восклицает Лорна. – Ты с дедушкой пришел повидаться? Хочешь, заходи.
Лорна ждет ответа, но оказавшись перед ней, Джозеф теряется и не знает, что сказать. Лорна хмурится.
– Все хорошо?
Джозеф отступает назад.
– Извини. – Он тянется рукой ко лбу. – Не стоило мне приходить.
– Обожди немного, – мягко отвечает она и забегает домой.
На стуле возле очага он замечает ее деда, видит, как Лорна подкладывает в пляшущее пламя полено, поправляет ему покрывало. Она что-то говорит, но что, Джозеф не слышит, и старик приподнимает руку в сторону Джозефа, но тут же опускает и уже на полпути о нем забывает.
Шагая по тропинке, Лорна непринужденно болтает – о погоде, о дедушке, о тяжелой работе в порту, но как только они минуют дома и скрываются из виду, она останавливается и кладет руку ему на плечо.
– А теперь рассказывай, что приключилось? Зачем ты к нам приходил? Я никогда тебя таким не видела – от тебя несет виски.
Пламя у него внутри поутихло и сменилось теплым чувством помутнения рассудка. Вокруг все слегка накренилось, а перед глазами у него с ласковым взглядом и нежной улыбкой стоит Лорна. Он не вслушивается, что она говорит, зато заглядывается на ее алые щеки и приоткрытые губы.
– Джозеф?