Луна освещает путь в тысячу ли. Том 1: читать начало книги онлайн

Какое-то время все молчали, обдумывая случившееся ночью, и в общем зале постоялого двора слышался только стук бамбуковых палочек. Когда все тарелки опустели, тишину наконец нарушила Хэ Сюли, она со звоном поставила плошку на стол и заговорила:

– Было так спокойно, и вдруг начали твориться какие-то мрачные дела! Не хочу заранее нагонять страха, но после этого бесчеловечного ритуала, связанного с разрывом Завесы, мне сразу вспомнились легенды об армии Хэйлан[69] времён Первой междоусобной войны. Главное бедствие предыдущей династии – кровавые убийства, заключение союзов с яогуаями и истребление целых городов и заклинательских школ с помощью тёмной ци. Подумайте, ведь у нас совсем недавно сменился император, так, может, он уже прогневал Небеса, и они вновь посылают нам болезни, разрушения и тьму, как в прошлом? Сейчас явно начинается что-то плохое, и я надеюсь, мы не стоим на пороге похожих событий…

Услышав о людях, именуемых Хэйлан, Мэйфэн почувствовала, словно в горле у неё застрял сгусток воздуха, и она закашлялась, прикрывая рот ладонями. О тех временах было не принято даже упоминать, ведь клан Фэн вместе с большинством адептов школы Дафэн тогда выбрали неверную сторону и навсегда уничтожили свою репутацию последователей светлого пути Небесного ветра. Судя по сохранившимся кратким и сухим записям, они и правда приносили в жертву демонам целые деревни, и никто не мог им противостоять.

Когда же всё закончилось, а чёрные волки канули в небытие, клан пытался восстановить былую славу и мощь, но до конца своего существования так и не смог отмыться от грехов и вычеркнуть из летописей эту страницу своей истории.

– Мы не знаем наверняка, что там происходило! – сказала Мэйфэн, не в силах терпеть даже косвенное упоминание своей семьи в разговоре о ритуалах и убийствах. – Та война закончилась двести тринадцать лет назад, как ты можешь сравнивать два совершенно не связанных между собой события?

– Тише-тише! – впервые за утро заговорила Ань Иин, которая сидела по левую руку от Мэйфэн и всё ещё восстанавливала запас энергии, а потому старалась молчать. – Уверена, что цзецзе не хотела тебя задеть.

– Хэ Сюли! – прогремел голос Ван Юна, он опустил ладони на стол и приподнялся, строго смотря на ученицу. – Разве я не говорил держать свои мысли при себе? А у тебя как появилось во рту, так сразу и вышло![70] Не высказывайся, если в чём-то не уверена, иначе однажды точно навлечёшь позор на всю школу Юэин, и ещё… – Он перевёл дыхание и уселся обратно. – Больше не смей упоминать глупые россказни о бедствиях: в это верят разве что крестьянки, которым во время сбора риса не о чем больше поболтать.

Сверху послышались шаги, и вскоре на деревянной лестнице, ведущей на второй этаж к комнатам постояльцев, появился Ши Янхэ. Он выглядел сонным и прислонился к резной красной перегородке, осматривая общий зал чуть хмурым взглядом.

– Вы так шумели, я уж подумал, что внизу началась драка! – сказал он и зевнул, прикрывшись рукавом своего выцветшего холщового одеяния. – В чём же дело?

– Мы спорили о том, похоже ли происшествие в деревне Нинцзин на легенды о временах Первой междоусобной войны, когда… – попыталась ответить Хэ Сюли, но тут же замолчала: Ван Юн бросил на неё мрачный взгляд.

– Вот как. – Ши Янхэ почесал затылок и начал спускаться по лестнице, совсем не стесняясь своих неприлично распущенных и чуть взъерошенных волос. – Любопытные вы ведёте разговоры. На самом деле нападения демонов и одержимости – не такое уж редкое явление, чтобы сразу думать о давних временах и легендах. В империи Чжу частенько прорывается Завеса, но действительно опасных яогуаев я встречал лишь пару раз.

– Не припоминаю, чтобы спрашивал твоё мнение, целитель! – рявкнул Ван Юн, выделяя последнее слово, и осушил пиалу, наполненную чаем. – Я благодарен за твою помощь с изгнанием демонов, но на этом всё! Надеюсь, мы больше не пересечёмся на дороге жизни.

Ученики непонимающе посмотрели на своего шисюна: даже после такой неоценимой поддержки со стороны Ши Янхэ Ван Юн всё равно проявлял к нему неуважение и забывал о простых правилах приличия.

– Всегда рад помочь, молодой господин Ван! – целитель улыбнулся так искренне, что показалось, будто он и вовсе не заметил грубости в свой адрес. – Перед отъездом я хотел проверить состояние Ань Иин. Вчера я не упоминал об этом, но юная целительница смогла самостоятельно создать заклинание третьей ступени, хотя её ци всё ещё не восстановилась полностью. Это похвально!

Фэн Мэйфэн направила на подругу удивлённый взгляд и ободряюще сжала ладонь Иин. Такой огромный запас энергии встречался у заклинателей крайне редко, и подобными способностями действительно стоило гордиться.

– Нет-нет, я почти ничего не сделала, – прошептала Ань Иин, оборачиваясь к Ши Янхэ, который уже успел спуститься со второго этажа и остановился позади неё. – Вы бы видели целителя Ши! У него столько живительной ци земли, что семэи вылетали из людей как ошпаренные, а ссохшаяся плоть вновь нарастала на телах больных!

– Лучше бы больше о себе заботилась, двоюродная сестра! – вдруг заговорил Ань Бохай, который уже доедал вторую тарелку супа, оставив рядом с собой на столе горку свиных косточек. – Твоё показное усердие никому не нужно, перед кем ты красуешься? Посмотри на себя, после ночи выглядишь бледной, как мертвец, нужно же уметь вовремя останавливаться!

– Я… я… – Она медленно выдохнула, видимо пытаясь подавить желание хоть чем-то ответить своему гэгэ, которого она никогда не называла так нежно, и в конце концов просто взяла ещё одну баоцзы и со злостью откусила кусок булочки, отведя взгляд.

– Мне кажется, ты должен гордиться своей мэймэй, а не строить из себя грозного старшего брата, здоровяк! – вмешался Дуань Хэн, хотя в дела чужой семьи было не принято встревать. – Разве кто-то из нас смог к семнадцати годам справиться с техникой третьей ступени? Очевидно, что нет, поэтому Иин заслуживает только похвалы.

Ань Бохай хмыкнул, но не стал продолжать разговор, а вот молодая целительница с благодарностью посмотрела на неожиданного заступника.

Каждый знал, что между двумя ветвями семьи Ань существовали разногласия, поэтому все предпочитали их редкое, но всегда грубое общение пропускать мимо ушей. Мэйфэн не раз видела, как Ань Бохай намеренно задевал свою сестру, но никак не могла разобраться, почему же между ними возникло такое напряжение. Будь у неё хоть кто-то из кровных родственников, она бы сделала что угодно, чтобы сохранить с ними тёплые отношения.

Кажется, вся эта неуютная утренняя беседа порядком надоела Ван Юну, и он показательно закатил глаза, но тоже не стал вмешиваться в семейные склоки двух соучеников.

Вскоре Принц Ночи обратился к Ши Янхэ:

– Так что вы с Ань Иин сделали с изгнанными семэями?

– Они сейчас в надёжной духовной клетке. А что касается пострадавших, я дал им лекарство, с помощью которого они полностью восстановят жизненную энергию в течение нескольких дней. Судя по всему, переживших одержимость жителей уже должны были забрать родственники. – Целитель взглянул в окно, где среди белоснежных облаков, напоминающих перья феникса, ярко светило полуденное солнце. – Позже я сожгу лазарет со всеми демонами и разлагающимися телами: то место слишком сильно пропиталось тёмной ци, его нельзя оставлять в деревне, иначе оно привлечёт новых духов.

– Чтобы предотвратить побег этих тварей, думаю, нам с учениками стоит задержаться здесь до вечера и побыть рядом, пока здание не сгорит полностью.

Ши Янхэ кивнул, явно довольный решением Принца Ночи, и опустился на свободную подушку, присоединяясь к заклинателям.

– Нам и правда лучше быть настороже. Да и позже мы сможем вместе отправиться в путь.

– С чего это «мы»? – удивился Ван Юн, приподнимая бровь. – Ночью мы вернёмся в деревню Юэ, где продолжим расследование, а ты пойдёшь своей дорогой.

– Какая жалость, а я как раз хотел встретиться с вашим мудрейшим целителем Анем. Тем более успешным завершением этого задания вы частично обязаны и мне тоже, так неужели я не могу нанести визит клану Ван и засвидетельствовать своё почтение главе школы? Да и кто-то устроил ужасный бардак в лачуге, где я остановился, а жить на постоялых дворах не по мне… – Ши Янхэ бросил многозначительный взгляд на Фэн Мэйфэн, которая уже и забыла, как вчера утром с особым усердием бросала вещи целителя на пол.

[69] Хэйлан (黑狼) – «чёрные волки». В китайской культуре волки часто ассоциируются с чем-то негативным: предательством, амбициями, жестокостью.

[70] Появилось во рту и сразу вышло – сболтнуть, брякнуть; что на уме, то и на языке.