– Без Шелл нам не по силам такая вылазка, – вздыхает Джексон. Ему явно не хочется признавать необходимость моего участия.
– Шелл не может участвовать.
Голос Айдена звучит ровно и сдержанно, беспристрастно. Простая констатация факта, сухое напоминание. Джексон в легком раздражении встряхивает головой и внезапно поворачивается к телохранителю.
– И что, ты насильно ее домой повезешь? – спрашивает он, прищурившись. – Побежишь боссу докладывать? Или и дальше будешь навязывать ей свои запреты?
Я не удерживаюсь и слегка разворачиваюсь, чтобы взглянуть на Айдена. Телохранитель спокойно выдерживает осаду Джексона и так же безмятежно продолжает:
– Как я уже говорил, я не имею права оставаться в стороне, когда Шелл хотя бы косвенно что-либо угрожает. Но это не означает, что я при первой же возможности поеду докладывать о личных делах Шелл мистеру Мэйджерсону. Я телохранитель, а не слежка. Недомолвки в семье – это личное.
Пожалуй, он прав. При постоянном нахождении рядом телохранитель как никто другой обязан хранить тайны своего клиента. Верю, что Айден не докладывает о каждом моем шаге отцу. И все же я долго и недоверчиво разглядываю телохранителя снизу вверх. В голове никак не укладывается, что такой человек, как он, способен снова и снова нарушать устав.
– Как показала практика, навязывать что-то Шелл невозможно в принципе, – добавляет Айден чуть тише.
– Тогда что ты с этим делать-то собираешься, охранничек? – Лиам улыбается оскалом.
Меня мучает точно такой же вопрос. Айден не опускает на меня взгляд и спокойно отвечает:
– То, что должен для обеспечения безопасности. Если Шелл хочет пойти, ее ничто не остановит, она сделает это либо тайно, либо напролом. Поэтому я просто пойду с ней.
Вот теперь повисшая тишина кажется поистине оглушительной. Ноа нарушает ее тихим смешком и как-то неоднозначно кивает. Я так и сижу, не в силах пошевелиться, с застывшим где-то на полпути выдохом.
– Но это же… – наконец отмираю и бормочу в безуспешных попытках связать пару слов: – Ты говорил, что…
– Перечень моих обязанностей ограничивается обеспечением безопасности, – терпеливо повторяет Айден. – Ни одно из этих слов не запрещает мне сделать то, о чем я говорю. Если исключить опасную ситуацию невозможно, я сделаю все, чтобы минимизировать последствия.
– Все ведь не так просто? – прямо спрашиваю я.
Только сейчас Айден слегка наклоняет голову и наконец смотрит мне в глаза.
– Да, – отвечает он после недолгого молчания. – Но раз у нас был уговор по поводу твоего участия в подобных «мероприятиях», я выскажу новое условие.
– Слушаю, – я слегка взволнованно сглатываю.
– Не сбегай от меня больше, – медленно произносит Айден. – Никогда. Этим ты очень сильно упростишь мне работу.
Я тихо фыркаю от смеха, игнорируя тепло, которое странно распространяется где-то в груди.
– Поняла, теперь буду влезать в неприятности, уведомляя тебя о каждой из них, – бормочу я с улыбкой.
– Да какие там неприятности? – заводится Лиам. – Ты же с нами! Это так, шалость.
– Давайте домучаем план, – сквозь смех говорю я. – Он весь в дырах.
Под недовольное бурчание Лиама наша команда с охотой возвращается за стол. На полное обсуждение и утверждение плана у нас уходит не меньше часа, а когда ребята наконец разбредаются по мастерской ради короткого отдыха, я впервые остаюсь наедине с Айденом.
– Поверить не могу.
– Во что? – Телохранитель все еще стоит позади моего кресла.
– В то, что ты всерьез решил пойти с нами. Переквалифицируешься из телохранителя в простого гангстера? Уверен, что оно тебе надо?
Слышен короткий выдох, который вполне может быть хорошо сдержанным смешком.
– Я все еще не в восторге от того, во что вы ввязываетесь. Менять квалификацию тоже не планирую. Но, как ты уже поняла, отпускать тебя одну куда-либо я больше не намерен.
Странно, но от этих слов на душе моей становится легче. Даже наш наспех разработанный план по набегу на частную стоянку уже не кажется таким непродуманным и рискованным.