– Хитро, – комментирует он. – Должен признаться, я почти поверил.
– Он и правда очень убедителен.
– Значит, все те звуки, что не давали мне спать по ночам…
Вопреки своей воле я заливаюсь краской. Я совершенно об этом забыла.
– Не более чем уловка. Каждый спит в своей комнате.
Он задумывается.
– Роза… Этот маленький говнюк что-то задумал. У него точно есть какой-то план, иначе он не был бы так в себе уверен.
– Я ведь только что тебе о нем рассказала. Он хочет, чтобы ты думал, что…
– Нет. Это слишком мелко. Ты – всего лишь отвлекающий маневр, дополнительная деталь в общей картинке. Он задумал что-то другое, что-то, о чем он тебе не говорит. Я пытался выяснить что, снова и снова, даже следил за ним! Но без толку. И это действует мне на нервы.
Я не должна этого чувствовать, но мою грудь наполняет чувство удовлетворения, когда я вижу проблеск страха в его глазах. Тито Ферраньи впервые струсил! Как бы я ни ненавидела Левия (и его отца) за то, что он украл у меня детство и юность, но должна признать… я в то же время и восхищаюсь им. Совсем чуть-чуть.
Не знаю, что там Левий задумал, но для меня это едва ли имеет значение. Он для меня никто. Просто пешка на шахматной доске, средство для достижения цели.
Единственное, чего я хочу, – это расплатиться с долгами и раз и навсегда сбежать от отца. Сбежать от покера. Сбежать от своих слабостей.
Мой отец считает нас дуэтом, но он ошибается. Я никогда не была с ним заодно. Я работаю сольно. Я разработала свой план: сперва предать Левия, а потом и собственного отца. Раз уж это так ему важно, я приведу Тито к победе, а затем украду вырученные деньги и сбегу с ними.
Разумеется, мама поедет со мной. Я ни за что не уеду без нее. Меня тошнит от заносчивых богачей, которые думают только о покере, мести и власти. Меня не интересуют их игры. Они просто жалки.
– Что, если мы обыграем его в собственной же игре?
– Что ты имеешь в виду?
– Влюби его в себя, – говорит он, выпрямляясь, и таким тоном, который ясно показывает, что это приказ, а не предложение. – Сделай так, чтобы он доверился тебе. Левий силен, но и у него наверняка найдется ахиллесова пята.
Я качаю головой.
– Я уже пыталась. С утра до ночи флиртую с ним, но он только и делает, что отказывает мне, – а это, поверь, не слишком хорошо сказывается на моем самолюбии. Он ни в какую не поддается.
– Он просто набивает себе цену, – заверяет Тито, закатывая глаза. – Ты красивая женщина, у тебя все получится. К тому же тебе не впервой.
А, так теперь я женщина? С каких это пор?
Стиснув зубы, я прожигаю его взглядом. Что ж, это правда так. Не впервой он посылает меня соблазнять клиентов, он, тот, кто с такой неохотой до сих пор принимал мою женскую натуру. Я никогда не доходила до того, чтобы с кем-то из них переспать, но это все равно смахивает на проституцию.
Меня тошнит от этого. Но я все равно это делаю. Потому что я идиотка, которая не в силах совершить что-то, что ему не понравится.
Я ничего не отвечаю и встаю, собираясь уйти. Не хочу надолго здесь задерживаться.
– Кстати, меня узнал один из твоих коллег, Роберт.
Отец недовольно бормочет что-то себе под нос и обещает позаботиться об этом. В этом нет ничего страшного, но я знаю, что Левий заметил, как я отреагировала, когда мы пересеклись с ним на выходе из ресторана отеля.
Я уже собираюсь уйти, когда он снова меня окликает:
– Роза.
– М?
– Тебе действительно больше нечего мне сказать? – спрашивает он, скрестив руки на мощной груди. – Есть ли что-то еще, о чем я должен знать?