Когда Левий подходит к своему сегодняшнему столу, все остальные игроки уже на своих местах.
И Тито – среди них.
Я нервно окидываю взглядом Левия, который делает вид, будто его это ни разу не нервирует. Я стою у входа, одетая в форму официантки и рыжий колючий парик, а он тем временем садится, приветствуя игрока по правую руку от себя кивком головы.
Я узнаю в нем Лаки, сентиментального простачка, едва ли не влюбленного в Левия. На нем очередная узорчатая рубашка, на этот раз с розовыми фламинго, и панамка. Обычно я на дух не переношу таких парней, но по какой-то непонятной причине Лаки мне нравится.
– Не подходи слишком близко, – шепчет Томас, проходя мимо меня. – Тито может тебя узнать.
Я рассеянно киваю, и он с решительным видом проходит к собственному столу. Не знаю, почему я так волнуюсь, но у меня немного крутит живот. Не в силах отвести от Левия взгляд, я анализирую каждое его выражение.
Он, как и всегда, невозмутим, но я успела достаточно хорошо его узнать, чтобы понять, что он напряжен. Все его тело натянуто, а лодыжки под стулом скрещены. Он занял оборонительную позицию. Но при этом он смотрит Тито прямо в глаза.
Потрясающе.
Как только игра начинается, я с любопытством кружу вокруг их стола. В воздухе над ними чувствуется электричество. Тито, несмотря на свой усталый вид, кажется вполне уверенным, и это удивляет меня лишь отчасти. Лаки, в свою очередь, как будто бы совершенно не замечает разгорающейся рядом с ним вражды.
– Вау, я мог только мечтать о том, чтобы играть рядом с тобой! – улыбается он Левию. – Как насчет селфи?
– Нет. Дайкири, пожалуйста, – просит Левий, даже не взглянув на меня.
Дайкири? В одиннадцать утра? Посреди игры? Я колеблюсь, но он совершенно не обращает на меня внимания. Ему нужно сохранять холодную голову, а не отвлекаться на алкоголь. Что на него нашло?
Во фрустрации я разворачиваюсь и передаю заказ в баре. Бармен как будто бы кривится. Он спрашивает, кто его заказал.
– Левий Иванович.
Он кивает, словно именно так и думал, и на мгновение исчезает. Он возвращается с полным бокалом, который я ставлю на поднос. Уходя, я раздумываю над тем, чтобы соврать ему и сказать, что дайкири закончился.
Я морщу нос и принюхиваюсь к бокалу, но не чувствую никакого запаха. Убедившись, что на меня никто не смотрит, я подношу его к губам и делаю глоток.
Что за…
Это не ром. Это просто свежевыжатый фруктовый сок.
Первая моя мысль – вернуться к бару и устроить бармену скандал, но по итогу я трушу. В конце концов, это даже хорошо. Поэтому, протерев ободок бокала, я возвращаюсь к Левию и ставлю рядом с ним коктейль.
– Спасибо.
В этот же момент он пасует, и Тито усмехается себе под нос. Я держусь поблизости, стараясь не высовываться настолько, насколько это возможно.
– Раньше в тебе было больше воинственности, – комментирует Тито, и на его лице расцветает полное нахальства выражение.
Не заглотив наживки, Левий откидывается на спинку стула.
– Настоящий игрок знает, когда ему проиграть.
С этими словами он берет свой бокал и разом наполовину его опустошает. Я жду, что он обернется и окинет меня злобным взглядом, но он лишь слегка морщится, как если бы напиток обжег ему горло. Он не кажется удивленным. Наоборот, он так же опрокидывает вторую половину и властным жестом протягивает мне бокал.
– Еще один.
А. А, я поняла. Он с самого начала не собирался пить дайкири. Тито об этом не в курсе и потому смотрит на него с отвращением.
– Как низко ты пал… Видимо, яблочко от яблони недалеко падает.
– Что ты сказал?
– По той же причине пал и Иаков, – продолжает Тито, пока я забираю бокал у Левия, непроизвольно сжавшего вокруг него пальцы. – Он говорил, что это любовь. Деньги. Вечеринки. И, конечно же, бутылка – его истинная половинка. Толку из этого вышло так себе, ты так не думаешь?