– И тебе привет, – сказала она. – Я как раз хотела заскочить за сумкой и идти на поле. Я не опаздываю!
За дверью раздался взрыв хохота.
Уэллс посмотрел на нее и снова на Джозефину.
– А чего стоишь? – В его глазах сверкнул лед, и весь он напрягся, словно готовясь к драке. – Тебя не пускают?
– Нет, нет, ничего такого. Просто задумалась.
Он расслабился. Слегка.
– О чем?
Ни за какие коврижки она не собиралась говорить своему работодателю, что испугалась. Он должен был быть полностью в ней уверен, иначе не сможет доверять ее суждениям на поле.
– О табличке. Красивая.
– Какая же ты фанатка, Джозефина.
– Знаю. – Она сглотнула. – Ну что, на поле увидимся?
– Ага. – Он отошел, но остановился. – Если хочешь, могу попросить руководство выделить тебе отдельную раздевалку. Никто и слова не скажет. Ну и… – Он передернул плечами. – Мне так будет спокойнее.
– Почему?
– На полуголых мужиков не придется смотреть. – Он мрачно покосился на дверь. – Сразу скажу: я не ревную. Просто не хочу тебя смущать.
– Мой герой, – сказала она с придыханием. – Защищаешь мою невинность от волосатых сосков.
– Заканчивай. – Он выпрямился, помедлил и все же добавил: – А что, тебе не нравятся волосатые мужчины или…
С чего такие вопросы? У самого было много волос?
Интересно, ему нравилось, когда девушки тянули за них? Или он предпочитал сам тянуть женщин за волосы?
Дыхание сбилось, и пришлось медленно его восстанавливать.
Что бы ни было у Уэллса под рубашкой, он наверняка умел это преподнести. Так и расхаживал бы в расстегнутых джинсах, с мокрыми волосами и босыми ногами, как ковбой после бурного секса, – само воплощение уверенности в себе.
– Я не разделяю мужчин на категории по волосатости, – сказала она, стараясь затолкать разыгравшееся воображение куда подальше. – А вот ноги – другое дело.
Он вскинул темную бровь.
– Ноги?
– Ага.
Его глаза быстро скользнули к собственным бутсам.
– И какие критерии?
– Сложно так сразу сказать, – задумчиво протянула она. – Конечно, в первую очередь они должны быть чистыми, но… не знаю. Пожалуй, не особо люблю костлявые тонкие пальцы. – Она содрогнулась. – Хорошо, что во Флориде все постоянно ходят в сандалиях.
– И можно сразу избежать несчастных костлявых лап.
– Именно.
Нахмурившись, он покачал головой.