Закончив, Уэллс грозовой тучей направился в судейскую коллегию с карточкой, куда были записаны набранные очки.
– Черт, – сказал Рикки, подходя к Джозефине. – А я думал, это нам тяжко пришлось.
Они одновременно взглянули на гольфиста Рикки, Мэнни Тагалоа, который стоял неподалеку от грина, набросив на голову полотенце, и не шевелился.
– Вы хотя бы закончили вровень, – пробормотала Джозефина, закидывая сумку на плечо. – А у нас на три удара больше, чем нужно.
– Ну что, в душ и в бар?
– Да, выпить не откажусь.
Полтора часа спустя Джозефина уже сидела рядом с Рикки в баре отеля. Им повезло найти свободные места, потому что загорелые и полупьяные болельщики занимали буквально каждый сантиметр помещения. Когда бармен наконец выкроил для них время, Рикки заказал себе пива, а Джозефине – лимонный мартини. Обычно она избегала сладких напитков, но после дня на поле сахар в крови упал и она бы не отказалась его пополнить.
– Как ты познакомился с Тагалоа? – спросила она, со вздохом отпив.
– Они с моим братом вместе учились, – ответил Рикки. – Мы встретились в Вегасе на мальчишнике. Разок вместе сыграли, вышло хорошо, а неделю спустя его взяли в турнир. Так что мне повезло быть в нужном месте в нужное время.
– Рада за тебя.
– Я тоже. – Кедди тихонько рассмеялся. – А ты как к Уитакеру попала?
– Ну… – протянула она. – Раньше я была его фанаткой. Хардкорной. Скупала весь мерч и приходила болеть на соревнования.
Рикки уставился на нее большими глазами.
– Это пока он выигрывал?
– Не, буквально месяц назад.
– Ого. – Он пригубил пиво. – Впечатляет.
– Спасибо. В общем, так мы и познакомились. А потом он ушел из спорта. – Она уставилась в желтовато-белые глубины мартини. – Потом на Палм-Бич обрушился ураган, он был неподалеку и решил заглянуть, и вот… как-то так все сложилось.
Рикки поморгал.
– Он был неподалеку?
– Ага.
– Он разве не в Майами живет? – после недолгого молчания уточнил Рикки.
– Там, да. Он останавливался у друга.
– О как. – Он поднял взгляд на телевизор, где показывали, разумеется, лучшие моменты сегодняшних соревнований. Уэллса среди них не предвиделось. – А что за… друг?
Джозефина поморщилась.
– Я не спрашивала, а он не сказал. Так что, подозреваю, он был у женщины.
– Понятно. – Он снова поднес стакан ко рту. – Что-то я сомневаюсь.
– А? Почему?
Ответить Рикки не успел: телефон Джозефины запрыгал по барной стойке. Она подняла трубку, ожидая увидеть родителей, звонивших поздравить. Но это были не родители, а Таллула.
Ахнув, Джозефина прижала телефон к груди.
– Прости, мне нужно ответить. Подруга из Антарктиды звонит!